Полюбить ведьму и выжить

Птичка между тем прекратила орать и с интересом разглядывала нашу компанию.

Я качнула головой.

- Откуда? В моем мире их не водится.

- То есть… Ты… Придумала… - простонал Змей, красный от смеха, - просто… придумала… А она… появилась…

- Повезло тебе, Кощей, с невестой, - приторным тоном сообщила Марья.

Вот же… собака женского пола…

Согласившись с моими нецензурными мыслями, непонятная птичка выгнула шею в сторону моей обидчицы и зашипела, как заправский гусь.

Кощей и Лихо расщедрились на ухмылки, Соловей со Змеем фыркнули. Марья сморщила нос, но на этот раз почему-то смолчала.

Вдоволь поиздевавшись над несчастной ведьмой, горе-охотники, включая Марью, все же направились в лес. Мы с детьми и странной птицей остались в лагере. Ника и Ванька, молодые биологи-любители, обступили то, что я считала жар-птицей, и начали ее активно изучать. Найдя развлечение для детей, заняв их на какое-то время, я с чувством выполненного долга уселась на один из ковров, с сомнением посмотрела на безоблачное небо, но решила, что солнце пока не очень жарит, а значит, можно посидеть, погреться, поспать…

Я сама не заметила, как уснула.

Снился мне почему-то Пихто, быстро удиравший под матерок мужиков по деревенским улицам от агрессивно настроенного и громко каркавшего Васьки. Потом эта парочка свалилась в ближайшую канаву, начала драться и активно ругаться.

- Мама, мамочка! Мама!

Нет, это не Васька. Если вдруг окажется, что и ругалась дочь, а не несчастный кот, то придется посадить ее на хлеб и воду, хотя бы на полдня.

С этими мыслями я нехотя открыла глаза.

На меня смотрела смесь кота и зайца: длинные вытянутые уши серого цвета, приплюснутый широкий нос, круглая, как блин, морда, огромные, явно перепуганные синие глаза, то и дело моргавшие на этой морде. Рыжий пушистый хвост и аккуратные лапки того же цвета однозначно принадлежали коту.

- Р-р-я-а-у! – жалобно сообщило создание.

Я скосила глаза на почему-то притихшую Нику и чересчур спокойного Ваню.

- Это кто?

- Р-р-я-а-у! – настойчиво повторило нечто. Словно отвечая ему, закаркала рядом жар-птица.

- Ника, - позвала я дочь, - ты уже наказана. Не усугубляй, пожалуйста. Кто это?

- Шушиндра, - вылез из-за спины дочери племянник Кощея.

- Кто? – не поняла я.

- Ну как шишига[1], только пушистая, - пояснила тихо Ника.