Полюбить ведьму и выжить

Пока шла к спальне, я мысленно разделывала на части своего жениха и примеряла к нему увиденные на картинках в талмуде разнообразные орудия пыток.

Целоваться. С ним. А что он потом потребует в качестве доказательства? Разделить с ним постель? Против ожидания мысль об этом не показалась такой уж гадкой. Я фыркнула. Секс полезен для здоровья, и это правильно. Но чистый секс! Здесь же мне предлагают сыграть влюбленную дурочку! Спасибо, один раз я уже была ею. Хватит. Не хочу больше. Мне и с трезвой головой живется неплохо.

Очередной сарафан, щедро украшенный золотыми вышивками и обережными рисунками по подолу, и нечто вроде кожаных мокасин я еще вытерпела, как и вплетенные в волосы ленты. А вот от драгоценностей и «краски» напрочь отказалась. Пришлось снова угрожать несчастной служанке. На этот раз я предложила ей на полдня стать мышью, а заодно напомнила, что в доме живет кот. Аглая побледнела и отстала от злой ведьмы.

Спускалась я в обеденный зал с таким ощущением, будто меня вели на плаху.

«Сказочный персонаж», как однажды обозвала его Ника, как обычно одетый в кафтан со штанами, только на этот раз ярко-красного цвета, вместе с гостями ждал меня за накрытым столом.

Опять сытный ужин. Сплошные белки и углеводы. Каши, пироги, хлеб, жареное мясо, квас… Я очень ярко представила себя в старых рваных джинсах на два-три размера больше, потертой майке-алкоголичке и резиновых шлепках на босу ногу, сглотнула и на какое-то время отвлеклась от мыслей о поцелуях.

Слуга, живой подвижный паренек лет четырнадцати, почтительно отодвинул «госпоже ведьме» стул, я села возле жениха и приготовилась к пытке ужином.

Охотники налегали в основном на пироги и мясо. Марья жевала гречневую кашу и мясо. Я нашла на столе овощи, поданные на гарнир, и решила сегодня питаться именно ими.

- Даша, ты совсем ничего не ешь, - качнул головой Лихо, умело приканчивая очередной кусок мяса и неодобрительно поглядывая на несколько морковок и горох, сиротливо лежавших на моей тарелке, – так у тебя ни на магию, ни на ребёнка сил не хватит.

Горошина встал в горле, дыхание перехватило. Я, задыхаясь, закашлялась. Разлюбезный женишок, изображая заботу, нежно постучал ладонью у основания моей шеи, будто пытаясь сломать её.