Чужая война

Где-то на уровне инстинктов я знал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Даже откидывая такие весьма важные, надо заметить, вопросы как: «куда, как, насколько», было что-то ещё, какая-то деталь, хорошо известная Рейланду, но пока ещё не мне.

Подумав об этом, я невольно усмехнулся, оценив, сколько всего известно вообще. Два имени, ещё пяток слов — и всё. Бежать и потерять малейший шанс начать «нормально» в таком положении — это фатальная глупость.

Так что, как говорил один известный политик, стоило делать то, что могу, с тем, что имею, и там, где я есть.

С этого и решено было начать: благо у меня, можно сказать, под рукой оказалась вся память моего альтер-эго ― Рейланда Рора. Хотя и порядком затуманенная и перемешанная.

«Легко сказать!»

Чужие воспоминания — не книга и даже не библиотека. Это хаотичное нечто, прочно связанное с ассоциациями.

Глядя на какой-нибудь меч из коллекции, я легко мог вспомнить его «кличку» и обстоятельства получения. Вспоминались, хоть и не без труда, так сказать, опыт применения.

Но при этом понять, что Рейланд делал вчера или какие у него имелись планы на сегодня, у меня не получилось вообще.

«Неужели этот Рейланд Рор и подумать не мог, что кто-то окажется в его теле? Так сложно завести дневник?»

Впрочем, ключевое за час покоя мне удалось вычленить. Где-то вспомнить, где-то прочитать, благо, различных документов в жилище моего альтер-эго было предостаточно.

Изучение чужой памяти, доставшейся мне, сразу пошло не по плану. Никогда и предположить не мог, что кому-то другому придётся в них копаться!

Попал я, надо сказать, что надо, обстоятельно засев в подозрительного рода субстанции по шею, а может, даже и ноздри…

Если мне правильно удалось интерпретировать информацию, то меня занесло прямо в центр назревающего конфликта между двумя странами: королевствами Ривекросс и Тофхельм.

Правда, в отличие от предыдущего владельца тела, который был весь в предвкушении грядущих боевых действий, мне совершенно не хотелось оказаться в самом их эпицентре.

Жизнь, в конце концов, как пара носков — она досталась тебе чистой лишь один раз, её очень легко потерять, испачкать или порвать.

Особенно из-за странной, очень глупой случайности.

И вновь я словил себя на ощущении, что в этих мыслях о грядущем была какая-то странность. Недосказанность, которая постоянно оставалась за скобками уравнения, понятная лишь самому Рейланду. Он готовился к войне — ужасной, кровопролитной мясорубке ― словно к какому-то спортивному состязанию.