Чужая война

Изначально мне в качестве «диверсанта» виделся Лой Ноктим, и я даже успел его вызвать, однако впопыхах забыл одну «маленькую» деталь. При всём желании старик со своей неизменной трубкой мог замаскироваться разве что под локомотив. В любом ином облике не узнать его было, наверное, невозможно.

Пришлось дёргать Эльта и его ребят. Результат стоял передо мной красивый, можно сказать, сияющий в утренней полумгле. Впереди, за холмом, прятался крупный лагерь Ноа.

― Итак, мы собираемся проникнуть в стан противника и лишить его руководства, верно, капитан? — я словно разговаривал с маленькими детьми, интонации, во всяком случае, были теми же.

― Так точно!

― Так нафига вы взяли с собой наши флаги?! — взорвался я. — И знамя армии, а также… — моя рука указала на «вишенку на торте», стоящую неподалёку, — Миюми?!

После бессонной ночи, проведённой в основном в общении с Гун-Гуном, я всерьёз начал задумываться над психическим состоянием всех вокруг. В том, что лично у меня крыша начинала хорошо протекать, сомнений уже не осталось.

― Разрешите выбросить флаги и… — начал Эльт.

― Ещё чего, давайте и командующего тогда выбросим... — В ответ на мою неудачную фразу капитан как-то недобро на меня посмотрел. — Шучу, отставить. В любом случае, уже поздно. Вон на гребне стоит дозорный.

Там действительно торчала одинокая фигурка, причём уже довольно долго, минут пятнадцать, не меньше. Судя по всему его сильно впечатлили наши манёвры.

― Будем действовать как есть ― это будут трофеи. Миюми, без обид, ты тоже трофей.

Девушка поникла и сделала такое страдающее выражение лица, будто мы последние несколько лет только и делали, что по утрам душили у неё на глазах котят. Это никуда не годилось.

― Так, отставить, боюсь, с таким выражением лица «лунные» тебя у нас отобьют как только смогут разглядеть, даже если не распознают врага. Веди себя, а-а-а, не важно, хуже уже не будет, как хочешь.

Нацепив на головы шлемы и опустив забрала, мы двинулись в путь.

Лагерь «лунных» оказался куда меньше, чем я ожидал.

Это явно было что-то не то, однако отступать было уже поздно ― нас заметили и ещё как. Весь лагерь взбудоражено вывалил смотреть на наше «возвращение», при виде флагов и беззаботно вышагивающей Миюми раздался одобрительный свист. То и дело в наш адрес раздавались потрясённые фразы.