Прекрасней всех на свете

– Подожди! Ты серьезно или это какая-то пентаморфская шутка? Нас же ищут охранники! – я крутил головой по сторонам и стал покрываться холодным потом от осознания того, что она говорит правду.

– Дэвид, не волнуйся. Охрана фабрики не найдет нас здесь – успокоила меня Джуди – мы в безопасности, и у нас есть несколько часов, прежде чем кто-то заявится сюда – я был ошеломлен и сконфужен, но Джуди казалась спокойной и решительной. Она как будто говорила о чем-то естественном и совершенно обыденном для нее.

– Но…это все…так не должно было быть…

– Я не могла отвести тебя в медизолятор или в корпорационную квартиру, недавно выданную тебе фабрикой. Тогда шансов скрыться было бы намного меньше – я чувствовал, что мир вокруг меня рушится, но Джуди оставалась абсолютно спокойно в своих словах.

– Зачем мне в медизолятор? – осматривая себя, спросил я.

– Ты умирал, Дэвид. Ты терял кровь и задыхался у меня на руках. Что бы ты сделал на моем месте? – говорила она настойчиво, продолжая крепко сжимать мою ладонь.

– Не знаю, придумал бы что-нибудь…

– Этот дом был единственным доступным вариантом. У нас есть какое-то время, чтобы переждать здесь, не подвергая тебя риску – пытаясь положить меня, словно ребенка на кровать, сказала она.

– Ты починила себя? – спросил я, глядя на разодранную тунику и заметив, что крышка отсека на ее животе больше не кровоточит.

– Я не уверена, что хочу говорить об этом…

Позади Джуди, сидевшей напротив, я увидел отца.

Стоя в дверях, он наблюдал за нами. Держа в руке видеоотвертку, он усердно оттирал ее грязной тряпкой.

Мы не виделись с ним около пяти месяцев, последний раз встречаясь на пасхальной службе. Еще зимой, в прошлом году. В его глазах ничего не изменилось с тех пор. Он был все тем же человеком, делающим то, что считает праведным в его понимании, не взирая ни на какие обстоятельства. Мне становилось страшно за Джуди, видя его таким.

Мой отец всегда относился недружелюбно к пентаморфам и другим роботам, стараясь не прибегать к их помощи, когда мог справиться сам. С самого детства, приходя домой, я видел как он сам моет посуду, стирает одежду и даже убирается, в то время как за нашим порогом все это делали боты, произведенные его родной церковью.

– Только ангелы с неба не просят хлеба, – сказал мой отец, продолжая полировать отвертку.