ВИКТ

— А руками я работать умею.

— Правда? — с явным недоверием изогнул бровь инженер. — Тогда почисти и порежь овощи — хочу сделать их на гриле.

— Хорошо, — я кивнула и сотворила себе фартук. Тоже розовый.

В качестве овощей для гриля Зигфрид выбрал пару молодых кабачков, баклажаны, сладкие перцы и помидоры. В общем-то, для такого метода готовки чистить надо было только перцы от сердцевины, остальное надо было просто порезать, чем я и занялась. Ровные пластики я укладывала на тарелки, а концу второго кабачка заметила, как пристально следил за мной инженер.

— Что? — я подняла на него глаза.

— Просто… Где?.. Я не думал, что ты умеешь, — озадаченно произнёс он. — Мне казалось, ты привыкла делать всё магией.

— Ну, не то чтобы это было не так, — я кивнула. — Но я умею много чего руками делать. Видишь ли, пребывание здесь может быть довольно скучным, так что до того, как сюда переехать, я научилась делать кучу всяких вещей. Ты знаешь, ВИКТ узнаёт о своей смерти за двадцать лет. Об этом ВИКТ должен уведомить Совет магов, и те начинают искать его преемника.

Я была в первой очереди кандидатов, ведь мои старшие братья имеют разные способности. Мне было семь, когда моя магия проснулась, и тест всё подтвердил. С тех пор я нечасто бывала дома. Меня возили по всей Магерии, где самые разные мастера учили меня своему искусству. Готовить, шить, вязать, вышивать, вырезать по дереву, ковать, ваять, лепить, рисовать… В общем, всему, чем можно занять свободное время. Так что удивляться тут нечему.

— Да я, честно говоря, думал, что маги вообще ничего руками не делают, — как-то тихо отозвался Зигфрид.

— Да-да, — усмехнулась я. — Валяются на удобных шезлонгах и руками размахивают.

— Как же глупо это звучит… — протянул он.

— Выглядело бы, думаю, ещё глупее, — хмыкнула я. — Я с овощами закончила. Что дальше?

— Давай их на решётку и в духовку, — Зигфрид вздохнул и покачал головой. — И берись за стейки.

5. Чудовище

~***~

Франкенштейн понял, что с этим миром у него будут проблемы, как только проснулся в нём впервые.

В комнате, где он спал, было темно настолько, что он не мог даже различить очертаний стен и мебели. Однако ощущение это возникло само собой. Прихода воспоминаний он решил подождать в том же положении, в котором проснулся: комната незнакомая, и неясно, не спит ли кто-нибудь ещё на второй половине кровати. Если она есть — вторая половина.

Пришедшие воспоминания ощущение только укрепили.