ВИКТ

Нынешний инженер моста, верно?

— Да, господин Хайскли, — Зигфрид кивнул.

— Так… — генерал снова сощурился, глядя на него, будто что-то вспоминая. — Кеер Стийин. Помню ваше личное дело. Ваши результаты на экзамене были хороши, но всё же не блестящи. Вас отобрали из-за личных качеств. И как? Сломала ВИКТ вашу ненависть?

— Я… — инженер замялся. — ВИКТ очень отличается от того, какими мне представлялись маги прежде.

— Мы в комиссии предполагали, что если выберут именно вас, за год ваше представление о Двупланете перевернётся, — кивнул генерал.

— Надеюсь, ВИКТ, вы не сердитесь на нас за то, что мы используем вас для поддержания боеспособности?

— Как будто только для этого, — криво усмехнулась я. — Двупланета находится в сложных симбиотических отношениях. Когда дело касается вопроса выживания такого количества людей, личные эмоции не должны определять позицию.

— Рад слышать, что вы, как и ваш предшественник, рациональны, — генерал печально вздохнул. — Впрочем, нас ждут большие, пусть и временные изменения. Сколько у нас времени?

Я протянула ему документы, и он приступил к их изучению.

Буквально через пару секунд в гостиной возник Старейшина Совета магов, Эльсар Аспортел. Он был невысоким и довольно пухлым стариком, которому в этом году исполнилось сто четырнадцать лет. Его борода и волосы отросли уже до пояса и были совершенно белыми, так что невозможно было узнать, какими они были до того, как он поседел. Всё его лицо были испещрено глубокими улыбчивыми морщинами. Одет он был в синие шаровары и белую с золотой вышивкой удлинённую рубашку. Его карие, почти чёрные глаза быстро нашли меня, и он, с невообразимой для старика прытью, обогнул стол, чтобы крепко меня обнять.

— Орина, девочка! — ласково заговорил он. — Как ты здесь? Не тяжело? Не скучаешь?

— Я в порядке, Старейшина, — я улыбнулась. — И сейчас важнее совершенно другое.

— Конечно-конечно, — закивал Старейшина. — Но это ведь не значит, что старику и спросить нельзя. Значит крулы, да? Ох, как же я надеялся, что на старости лет меня обойдут стороной такие потрясения…

Он уселся за стол и притянул к себе вторую копию документов, а затем махнул рукой, чтобы наполнить себе чашку кофе, которая сама прилетела ему в руку.

Генерал проследил за его действиями и глубоко вздохнул. Ему пришлось подняться, чтобы налить кофе и себе. Несколько минут прошли под шелест листов бумаги, и лица глав планет при этом становились всё мрачнее и мрачнее. Я перевела взгляд на экраны и быстро пробежалась по строкам сводки.