Без права на выбор. Шансов больше нет.

А вы что, действительно думаете, что я специально– то мечом, то стрелой на тренировке ему, периодически в…ну, пусть будет в сердце, попадаю? Нет, конечно! Все это исключительно «случайно». И вот почему-то мне последнее время думается, что отец отпаивает его, чтобы мне скучно не было. Ну а чего? Все остальные-то меня, боятся. Иногда даже икать начинают, когда я не в настроении мимо прохожу, и каким-то мистическим образом – пропадают. И вроде телепортироваться прислуга не умеет, а вот поди ж ты. Но, да ладно, что-то я много в последнее время думать стал.

Обернувшись к своей рыжей, понял, что так и не убрал когти и клыки, и потупившись принял привычный облик. А она, эта зараза рыжая, засмеялась. Ну вот, еще одна зараза. И почему мне думается, что эти двое, похожи? Точно, они же оба– рыжие. И бесстрашные. И рыжие. Или я это уже говорил? А, неважно, главное, это сделанный мною вывод – рыжие, все бесстрашные. И язвительные.

– А у тебя тут, как я погляжу, проходной двор! – говорю же, язва.

– Да нет, просто…– но тут, по закону подлости, договорить у меня не получилось потому, что дверь в очередной раз распахнулась и на пороге появилась модистка. Ощерившись в третий раз (похоже, скоро это начнет входить у меня в привычку), я даже икнул, ибо эту даму сам боялся, и быстренько спрятав клыки и когти, попятился.

– Ну, хвала Темному, – всплеснула она руками. – Вы вернулись. И как только вам не стыдно, Ваше Высочество? Когда я, по-вашему, должна успеть вас к празднику приготовить?

– К-какому празднику? – заикаясь, спросил я.

А как тут не заикаться? Если наша модистка – призрак, который по желанию может становиться материальным. И вот ей, реально, все по фени, страх полностью отсутствует, потому что ей даже отрубание головы ничем не грозит, зато сама может мстить. То на тренировку меня в парадный камзол нарядит, то во время совещания в одних подштанниках оставит. Стоит ей только пальчиками щелкнуть, и все, новый гардероб готов. Ну и что, что перед этим ты сам одевался.

Первую сотню лет – я злился на нее, вторую – ненавидел, а теперь вот, даже боюсь.

Тут дверь снова открылась, казалось бы, от пинка ногой, и на пороге появился братец. А когда вообще успели двери закрыть?

– Пошла вон, – рыкнул на леди Кармилию, младшенький.

– Слушаюсь, – слегка зашугано проговорила она, и испарилась.

– Это как так? – спросил я у Дана. – Ты чего с местным страшилищем сделал?

– Фигня, – хмуро проговори он.