Без права на выбор. Шансов больше нет.

– Дан вчера весь вечер жаловался.

– Лягушек в мою постель подкинула, – продолжила перечислять провинности, Шимаева. Я посмотрел на Альбину вопросительным взглядом, ожидая ответа.

– Вот ты будто и сам не знаешь, кто в вашей семье с лягушатами дружит? – пробормотала Аля.

– Этот вопрос снимается, – тихо проговорил прислушивающийся к нашему разговору отец.

– В мои тапки написала! – воскликнула Шимаева. А у меня даже рот раскрылся.

– Это местный кот территорию свою метил, – оправдалась Альбина.

– А у нас есть кот? – спросил я девушку на своих коленях, на что она посмотрела на меня с немым укором.

– У нас что, есть местный кот? И как давно? – задал тот же вопрос отцу.

– Да хрен его знает, откуда он, – прошептал тот. – Сам пару раз его видел.

– Да она, – вновь обличительный тычок, в направлении Альбины, а затем тишина. Шимаева резко покраснела, затем побледнела, потом схватилась за живот и тут, раздался такой громкий звук, словно танк под окнами проехал.

Отец даже под стол сиганул, а Шимаева, не сказав больше ни слова, рванула из кабинета. А Шимаева младшая, посмотрела на меня с Альбиной на руках печально, перевела взгляд на убежавшую мать, и молча, покинула кабинет.

– Что это было? И где Дан? – из-под столешницы раздался отцовский голос.

– Дан шкерится от зеленоволосого аллергика в описанных тапочках, так как она обещала его на себе женить, а это, – она махнула в сторону открытой двери, – видимо слабительное многократного действия получилось, – тихо проговорила Альбина, продолжая что-то мастерить в моих волосах.

– Ты не забудь потом нашему военному советнику свою разработку дать, – усмехнулся Правитель, выползая из-под стола. – Да благодаря такому звуковому сопровождению, все вражеские силы, сами себя если не до сердечного приступа доведут, то до туалета, точно. И вот как тебе удается найти выход из таких нестандартных ситуаций, женщина?

– А меня больше интересует, – балдея от пальчиков в моих волосах, я даже глаза прикрыл.

– Как она находит туда вход?

– По стрелкам? – с вопросительной интонацией проговорила Аля, глядя на меня. И с каждым моментом улыбка на ее лице становилась все шире и шире. Отец, глянув на меня, уже не смог сдержать смех, и повторно соскользнул под стол, сотрясаясь в истерике. Такого искреннего смеха я от него еще ни разу в своей жизни не слышал. Что-то тут не так.