Шерсть Имею.

Ни друзей, ни женщин, тебя саму это не пугает?

- Почему меня это должно пугать? У меня просто очень талантливые сыновья. Ну, да, до ординатуры они еще по году в психушке отлежали, но так это и не плохо!

- Да? И что в этом хорошего?

Вторая дама повернулась и посмотрела на первую с видом глобального превосходства:

- В том, моя золотая, что они видели баррикады с обоих сторон. Им проще понять пациента!

- Лена, у твоих сыновей какая специализация?

- Один ЛОР, второй – хирург.

- Ну и зачем им понимать пациентов психушки?

Потом дамы ушли, и я смог беспрепятственно добраться до второго этажа.

Глава 4. Галлюцинация на полставки.

Прямо у входа был процедурный кабинет. В принципе, это мне сильно на лапу, у этого кабинета всегда какая-то толкотня, а затеряться среди ног всегда проще, чем проскользнуть незамеченным по пустому коридору. Тем более, что все столпившиеся у дверей внимают тому, что орет больная в процедурке:

- Вы серьезно? Взять целую пробирку крови? Ах, еще и не одну, а две? Да вы, похоже, не биохимию, а кровяную колбасу собираетесь делать! Вы что, хотите, чтобы я здесь от кровопотери скончалась? Убийцы! Вампиры в белых халатах!

Потом разгоряченная пациентка выскочила из кабинета, на прощание бахнув дверью и вызвав снегопад из штукатурки.

Дальше – тяжеленная дверь с надписью «Рентген». А под ней приколот листок с объявлением: «Бесплатным пациентам – черно-белые снимки».

В конце коридора Юлькина палата номер семь. Я тихонько проскользнул в неплотно прикрытую дверь, огляделся – все спят.

Я запрыгнул на одеяло, Юля радостно ахнула и обняла меня.

- Енотик, ты как сюда пробрался?

- Да, не так и сложно. Тоже мне, форт Байярд. Ну, говори, что тебе доктора сказали.

Юлька вытерла пот, видно, слаба еще, и стала рассказывать:

- Знаешь, я так испугалась вчера. Меня как привезли, так сразу на флюорографию отправили. Ну, снимок сделали, сижу, жду. А из-за двери такие ахи: «Блин, ты это видела? Вот так результат… Сплошные черные пятна, вот посмотри сама, совсем черные!».

Ну, все, думаю, хана мне. Если уж медики на мои снимки так изумляются, а уж они повидали разного, так значит конец мне, могилку заказывать да тебе добрые ручки искать. А они выходят из кабинета и отдают мне листок, в нем написано: «Легкие и сердце без патологий». Это у них, оказывается, принтер чернилами плевался, а я уже решала: в чем меня хоронить будут.