Шерсть Имею.

Я не сразу заметил, что лошадка всё реже стала отвечать на остроумные замечания, и только глас иерихоновой трубы с лежанки соседки объявил для меня начало ночи. Я благодарно вывалился из своей фанерной темницы, сплёвывая попавшие в рот ворсинки с Юлькиной шали и проклиная все столярные мастерские, имеющие хоть какое-то отношение к производству местной мебели. Мне басом вторил требовательный вой желудка, который явно не был удовлетворён спартанской дозой утреннего пайка. Так что, недолго думая, я показал средний палец страдающей бессонницей соседке с кровати напротив и отправился на поиски еды.

Всё-таки ночью тут куда комфортнее перемещаться. Знай себе только обходи «зоны обстрела» камер да не обращай внимания на редкие вскрики и всхлипывания больных телом и духом. Но шмон по вещам пациентов принёс мне только ощущение разочарования, а найденный в одном из кабинетов замаринованный глаз оказался восковым муляжом – впрочем, я подкинул его в кулер, стоящий в коридоре, так что зря находка не пропала.

Но вопрос пищи вставал всё острее, а моё нутро заявило, что, если я срочно не найду достаточно белков, жиров и углеводов, оно возьмёт контроль на себя и кого-нибудь покусает. Но тут мои ноздри уловили отдалённый запах горячих пирожков с ливером, и в погружающемся в пучины безумия разуме забрезжил фонарик надежды.

Ведомый ожившим носом, я пробрался через вентиляцию на этаж ниже, в единственный освещённый кабинет, где лениво болтали три человека белохалатной наружности.

В микроволновке разогревалась вожделенная пища, и даже запах кофе, похожий на тяжёлый удар копытом, не мог перебить прекрасного аромата. Как и назойливый зуд разговора трёх студентов-практикантов:

- Всё-таки куратор нам лапши на уши навешал, заставив тут сидеть. Тут и одного бы хватило. Вон, пусть бы Светка осталась – ты же всё равно сон на клубы меняешь чуть ли не каждый день, - затянул гулким басом парень с черной, густой бородой старого пирата и крашеным белым хвостиком другой части мужчин, которым разрешено носить серьги в ушах.

- Как вчера, например, - откликнулась рыжая девица с лицом птицы-козодоя, - Так что рубит меня поболее вашего. Чёрт, группа из 15 человек, а этот хрыч выбрал дежурной меня! Вот гадство!

- Так не нужно было ему так глазки строить, милая, - добавил третий, единственный среди прочих выглядящий разбитым не только в переносном смысле.