Мистические истории. День Всех Душ

На земле, например, будут лежать не просто сухие, но мертвые листья, а неодушевленные предметы будут жить своей непостижимой жизнью. Так, у Джеймса дома натянули на уши колпаки (то есть, конечно же, крыши), а зимнее небо напоминает усмешку красавицы.

Не обходится и без нотки юмора: глядя на старый дом в закатных лучах, молодой человек восклицает: «Все просто: это дом с привидениями!» Да уж, ничего проще и естественнее и представить себе нельзя… Однако читатель, знающий и законы жанра, и творческую манеру Джеймса, лишь улыбнется над обманным ходом и совершенно резонно заподозрит, что его ждет нечто куда более запутанное и неочевидное.

Здесь используется и освященный временем прием: читатель в известной мере встает на место героя, видит мир его глазами и тем быстрее и полнее погружается в историю, переживает, пугается, ждет разгадки. К тому же, когда персонаж рассказывает сам, это создает иллюзию достоверности, открытости, «человеческого документа». Но если в шуточных рассказах Стоктона рассказчик – довольно просто сконструированная фигура (иной там и не нужно), то Джеймс скрупулезно создает образ юного богослова, с его метаниями, неизбежными при выборе жизненного пути, интеллектуальными интересами, любопытством и непоседливостью. Герой начитан и любит искусство – а значит, нам придется не только узнать, какие книги и репродукции есть у него дома, но и увидеть окружающий мир сквозь призму ассоциаций и аналогий. Так, странный пожилой мужчина похож одновременно на портрет Эндрю Джексона и на персонаж Гофмана – и это не просто намеки на его внешний облик, но и более чем красноречивое указание на то, какое впечатление он производил (несмотря на малый рост и эксцентричность – довольно сильное и значительное) и какая от него исходила аура таинственности (все же Гофман – автор историй, которые вполне можно причислить к готической традиции, ироничных и глубоких). Пусть и неявно, но всплывает и гофмановская тема двойничества, иллюзорности: не только сама новелла несколько раз неожиданно «меняет курс», но и персонажи поворачиваются к нам разными гранями своей натуры, оказываются интереснее, чем можно было предположить поначалу. Совершенно не случайно рассказчик, описывая капитана Даймонда, сообщает, что «за этой зловещей маской прячется очень кроткий человек».