Клянитесь говорить только правду, ничего, кроме правды, и да поможет вам… обвиняемый!

Кенгуру с обречённым видом извлёк из кармана мартышку и довольно грубо опустил её на стул. Мартышка, сжав кулачки, приготовилась отражать нападение.

— Я думаю, мы дали свидетелю достаточно времени для изложения своих претензий, — решительно заявил Ламберт, отворачиваясь от присяжных. — Пожалуйста, помогите Цереусу Перуанскому покинуть трибуну.

Мужчина в чёрном комбинезоне покатил тележку с кактусом к выходу.

— Пригласите представителя человечества. У меня тут заявлен господин Адам, первосозданный человек.

— Я это! — выкрикнул из зала мужчина в строгом сером костюме.

Адам стал пробираться к трибуне для дачи показаний. Телосложение свидетеля было худосочным, и дорогой серый в тонкий рубчик костюм мешковато болтался на нём. Судья дождался, пока свидетель окажется на своём месте, а потревоженная им публика усядется и затихнет.

— Свидетель, клянитесь говорить правду, только правду, ничего, кроме правды, и да поможет вам обвиняемый, — сказал судья, с удовлетворением отметив про себя, что язык не споткнулся на призыве обвиняемого помогать обвинителю.

— Клянусь! — торжественно ответил Адам, подняв правую руку. Он высоко задрал подбородок, в глазах его судья рассмотрел решимость и интеллект. По крайней мере, в тот момент судье казалось, что интеллект он там рассмотрел.

Ламберт вздохнул с облегчением. Этот свидетель хотя бы умеет говорить.

— Расскажите нам свидетель, в чём вы обвиняете Творца, — предложил Ламберт.

— Здравствуйте, я Адам, — чуть смущаясь начал свидетель. — Я первый человек…

— Привет, Адам, — отозвался из первого ряда орангутан.

— Попрошу соблюдать тишину в зале суда! Реплики с места не допускаются. Вы не в группе поддержки чего бы то ни было, господин из первого ряда, — строго сказал судья.

Орангутан смутился.

— Простите, рефлекс, — извинился он.

— Продолжайте, свидетель, — сказал Ламберт.

— Сначала всё было хорошо, ваша честь. Я жил в Раю. Погода там всегда была хорошая, поэтому необходимости в одежде не было. Еда росла на деревьях круглогодично. Так что работать тоже не было нужды.

Нападение животных на меня было запрещено богом, так что врагов тоже не было. Вот живу я такой счастливый в Раю, бегаю голышом, ем, когда хочу и могу мочиться, где вздумается. Но он взял и всё испортил! — Адам обвиняюще указал рукой в конец зала, туда, где находился обвиняемый. — Знаете, что он сделал?

Тут Адам замолчал и выжидающе стал смотреть на судью. Пауза затягивалась. Адам таращил глаза в ожидании ответа.

— Что? — спросил судья.