Нью-Белоснежье

Попробовала опять пошевелиться, но заледеневшее тело отказывалось подчиняться. Еще и еще раз. Все напрасно. Шорохи. Послышалось? Нет. Скрежет камня – отодвигают крышку. Гномы вернулись?

Но откуда мерзкий гнилостный запах? И тихий шёпот:

— Свежатинка!

Затем резкий порыв ветра, и удаляющийся шелест крыльев – как будто с места сорвалась гигантская птица. Тихо. И снова шаги. Вкрадчивые, осторожные. У меня сегодня что, день посещений? В приближающихся шагах слышалось что-то знакомое, но не могла понять, что. Какое-то мелодичное легкое позвякивание.

Потом по лицу прошлась сухая рука, пахнуло травами и чужим телом. Этого человека я не знала. Странно. Затем меня дернули за волосы и отпустили. Что за глупые шутки – издеваться над покойницами? Эх, встать бы сейчас из гроба, как гоголевская панночка и посмотреть на реакцию этого неизвестного расхитителя гробниц. Эта мысль немного порадовала, а услышав торопливо удаляющиеся шаги я успокоилась и опять впала в забытье.

***

Увы. Несмотря на свой охотничий опыт Шосс не подозревал, что пещера была обитаема.

Да и откуда ему было почуять живого мертвеца?

В этих краях лет двести не было слышно о вампирах. Когда дед правящего короля Лео Справедливый возвестил о Великом походе против нечисти, местный клан вампиров быстренько собрал все вещи и удалился в горы к дальним родичам. Несмотря на свою исключительность, ловкость и сверхспособности – воевать с целой армией в серебряных доспехах никому не хотелось.

Остался лишь младший Макмастер - Дадли. И вовсе не потому, что был гордым храбрецом, пожелавшим в одиночку сразиться с врагами.

Если б родственники его нашли, то уволокли бы с собой силком. Увы, прятки были любимым занятием Дадли. Это единственное, что получалось у него лучше всего.

Он спрятался в самом укромном месте и не показывал оттуда носа. Не помогли ни призывы главы клана, ни ругань братьев и сестер, обыскивающих подземный лабиринт, ни всхлипывания матери. Лишь через неделю он осторожно выбрался из укрытия и возликовал.

Вокруг была по-настоящему мертвая тишина!

Никто не читал нотаций, никто не гонял его по лесу, заставляя охотиться на зайцев, никто не причитал с упреками, в кого он такой уродился.

Дело в том, что Дадли был трусом. Он боялся всего. Своих надменных родственников, грозы, шума леса (ему казалось, что за ним кто-то следит), карканья ворон (они могут привлечь беду), живых людей (подлые убийцы!), да и много чего еще.

Оставшись один в родовой пещере, младший Макмастер обрадовался.