Нью-Белоснежье

Но вовремя вспомнила, что рядом с печью есть отличная увесистая кочерга. Потихоньку спустилась в кухню, стараясь не скрипеть половицами, схватила кочергу и бегом к себе в комнату. Новоиспеченный «лом» не подвел. Ящик жалобно скрипнул и поддался, слегка выскочив наружу. Я пошарила рукой – какая-то книга. Вытащила на стол и осветила ее огарком. Сим – зараза, пожадничал и не дал мне целой свечи. Пришлось довольствоваться тем, что есть. Это оказалась не книга, а старая потертая тетрадь в кожаном переплете. Ух, ты! Дневник колдуна! А что еще это могло быть? Сейчас узнаю все его секреты и стану…

Размечтавшись, с замирающим сердцем, открыла тетрадь и тихо простонала.

Опять значки, закорючки и ни одного понятного слова.

По ногам потянуло холодом, а затылок словно обожгло ледяным дыханием. Слабый огонек свечи тревожно затрепетал, мигнул и погас, испустив на прощанье горьковатый дымок. За спиной послышалось хихиканье. Я обернулась. У стеллажей стоял вчерашний призрак колдуна. Все в том же мешковатом одеянии и с растрепанной седой бородой.

Книги слегка просвечивали сквозь бледно-голубое тело. Старикашка довольно потирал руки… Ага! Рука у него все же отросла! Никаких попыток напасть на меня колдун не предпринимал. Просто стоял и хихикал.

Я пожала плечами. Нравится ему там стоять – пусть. Лишь бы не мешал. Жаль, что свеча погасла. В окно с любопытством заглянула почти полная луна, заливая холодным светом стол. Вот спасибо! Опять пошарила в ящике. Так. Что там еще есть? Золото, бриллианты? Не? Ой!

Что-то острое больно укололо палец.

Машинально сунула страдальца в рот, слизывая выступившую капельку крови, затем кочергой вытащила странный медальон в виде летучей мыши на кожаном шнурке. Он тяжело раскачивался, а красные глазки-бусинки злобно горели в темноте как светодиоды. Осторожно взяла медальон, покрутила. Обо что же я укололась? Непонятно. Было плохо видно, но мне показалось, что глаза слегка потускнели. Нет, это не обман зрения. Они действительно погасли. Чудеса! «Или батарейка сдохла», — хмыкнула я.

За спиной опять послышалось хихиканье.

— Ну, что еще? — я обернулась. Колдун с довольным видом кивнул, затем помахал рукой на прощание и… растворился в зеленоватом свете. Вернее, рассыпался на мелкие искорки, которые беззвучно падали на пол и гасли.

Я осторожно опустила медальон в карман штанов. Что-то это представление со спецэффектами совсем не понравилось.

Проснулась от гомона и топота внизу. Братья-попрошайки с Шоссом отправились в лес за каштанами.