Нью-Белоснежье

— Вы точно уверены, что это был наемный убийца? — встревожился сын хозяина.

— Конечно! — Со знанием дела поджал презрительно губу Дося. — Они все делают себе метку, типа клейма на руке. Я проверил… э… когда он свалился от моей затрещины.

Чвара присел на корточки передо мной и погладил по голове:

— Кто же тебя так невзлюбил, что нанял убийцу?

Уткнувшись в его жилетку, я зарыдала еще сильнее. Ужас от нападения стал проходить, но вместо него всплывала горькая обида: кто же еще мог так мне отомстить? От кого была та записка? Неужели Даниэль способен на такое?

— Наверное это хозяин балагана, — подал голос, молчавший Одя.

— Он же кричал на всю улицу, что отплатит за бегство раба… Ой!

Мальчишка зажал болтливый рот, испуганно глядя на сына Тройнара.

Я безнадежно махнула рукой, а Чвара с невозмутимым видом сообщил:

— Я все знаю, не бойся, никто не узнает. Но вряд ли это был балаганщик. Его фургоны утром покинули город.

— Так он мог заказать и уехать, чтобы на него никто не подумал, — уперся Одя, не желавший отказываться от своей версии.

— Все может быть, — нахмурился Чвара. — Это значит, что Марион не оставят в покое. Надо что-то делать.

— Лучше всего спрятаться в лесу, — оживился Дося. — Про наш дом никто не знает, переждет там месяц-другой, глядишь все успокоится.

— Пожалуй, это единственный вариант, — вздохнул Чвара. — Жаль, конечно. У Марион отлично все получалось. За один день мы заработали столько, сколько обычно за неделю.

Отец будет недоволен, но я что-нибудь придумаю.

Скажу, что у нее родственники заболели и нужен присмотр. А ей с рассветом необходимо покинуть город.

— Мы проводим! — важно заявил Одя.

— И еще, — Чвара вытащил из кошеля несколько монет, — Тебе, наверное, обязательно потребуются деньги на первое время. Вот возьми, здесь немного, но хоть что-то.

— Зачем мне в лесу деньги? — еле слышно прошептала я. Горло саднило, словно ободранное изнутри, и способность говорить давалась с трудом.

— Верно, — Чвара спрятал деньги и поднялся.

— Тогда соберу что-нибудь из еды. А ты успокойся и попробуй заснуть.

— Мы на рассвете, придем за ней, — Одя потянул брата на улицу, затем, уже в дверях оглянулся: — Спасибо, Чвард! Ты настоящий гном!

Я молча поднялась в свою каморку, села на кровать и все еще всхлипывая вытащила злополучную записку. Вряд ли балаганщик умел писать. И вряд ли стал бы приглашать на свидание в королевский парк. Во мне зрела мрачная уверенность, что записка все же от Даниэля.