Тайны академии драконов, или Ведьма под прикрытием

— Я, Амадей виэр Эревердер, пользуясь древним законом предков, позволяющим ради укрепления мира между нашими народами требовать священного союза с ведьмой восточного ковена, беру тебя в жёны, чтобы жить с тобой в любви и согласии до скончания веков.

— Совсем спятил? В какой любви, в каком согласии? Ты даже имени моего не знаешь! Длинные уши мозг надавили? — Испуг испарился, словно его и не бывало, а вместо него пришла дикая необузданная ярость, напомнившая о моей ведьмовской сути. — Этим законом уже не пользовались несколько столетий.

Многие даже не помнят, что такой вообще когда-то был, так что возьми свои слова обратно и успокойся.

— Но это не значит, что его нет, он по-прежнему записан в своде, в действующем своде законов, заметь, просто за эти несколько столетий безумца, согласившегося связать свою жизнь с ведьмой, не находилось.

— И за какие же такие прегрешения «повезло» мне? — Сжав кулаки, я сделала шаг в его сторону.

— Ну, ты же благоразумная ведьма и хочешь мира между нашими народами.

Я прав? Иначе не предложила бы мне сделку, так что выхода у тебя нет, — расправив плечи, открыто улыбнулся дроу. — Поверь, я не самый плохой вариант, возможно, тебе даже понравится проводить со мной дни, и уж тем более ночи.

— Сколько же в тебе самодовольства, Амадей виэр Эревердер, — скривилась я, буквально выплёвывая каждое слово, — но знаешь, нет ведьмы, нет и союза.

Кинувшись к краю обрыва, я оттолкнулась от него что было сил и, устремившись вниз, нырнула под воду, рискуя разбиться.

Но, похоже, у Богини Ночи на меня были свои планы, поскольку я не только ничего не повредила, но ко всему прочему обнаружила, что берег в этом месте подмыт, образуя своего рода карниз, под которым и поплыла навстречу новой жизни, слыша разъярённый рык дроу над головой.

Мокрая одежда и обувь тянули вниз, но на фоне свалившихся на мою голову проблем это казалось сущим пустяком, тем более, я была не самым худшим пловцом в наших краях и с подобными трудностями справляться умела.

А вот начавший терзать холод волновал гораздо сильнее, чем потяжелевшие вещи.

На собственном опыте я знала, каково это, когда тело пронзает судорога, и ты не можешь плыть, понимая, что буквально считанные минуты отделяют тебя от гибели. Поэтому, как бы ни было страшно, надо выбираться на берег, тем более я оказалась на достаточно большом расстоянии от того места, где остался дроу.

Но подумать — это одно, другое дело — осуществить.