(не) Муз (ж) для Тальки

Хотя ты и сама понимаешь, что твоя Файлия – как некачественно смоделированная и анимированная 3D-модель. Где чувства и мысли? А про кокетство позабыла? Она мало того, что фея, так ещё и совсем юна. Где сцена того, как цветочная феечка вертится, разглядывая себя в зеркале озера, любуется совершенством черт лица и движений? Нет мелких деталей, как на неё реагирует окружающее пространство. Опять у тебя динамика недостаточно проработана.

– Нет, за что ж меня так ваш Департамент невзлюбил? – напустилась на пушистого критика Авторша.

– Мне что, самого занудного сотрудника предоставили? Как я буду вообще писать, если ты вечно всем недоволен? Ем я не так, одеваюсь не так, живу не так, пишу не так! – Таля сердито захлопнула крышку ноутбука и сбежала на кухню, откуда скоро донёсся упоительный аромат свежесваренного кофе.

Понимая, что надо дать моей подопечной время, чтобы успокоить уязвлённое справедливой критикой самолюбие, я остался в кабинете. Аккуратно откинув крышку ноутбука, перечитал отрывок.

С ходу попытался определить, чего же тут не хватает для цельного гармоничного образа. Любой Муз питает непреодолимую слабость к достоверным и убедительным произведениям подшефных им писателей.

– Музовый произвол цветёт и пахнет! – раздался усталый голос Тальки, по интонациям я понял, что она уже перебесилась и больше не сердится.

Снимаю шляпу, даме, особенно если она творческая натура, признавать такого рода ошибки куда сложнее, чем коллеге-мужчине.

Ободряюще ткнулся носом в ладонь загрустившей Авторше, словно был обычным котом, я промурлыкал:

– Понимаешь, облачившись в старые джинсы и пусть и яркую футболку, ты себя не только цветочной феечкой не ощутишь, но даже обычной женщиной.

Сейчас всего два часа пополудни. Давай-ка совершим набег на магазины и подберём тебе что-то более подходящее для создания романтической атмосферы.

– Риф, хронически не перевариваю многочасовое таскание по торговым центрам в поисках «той-самой-зашибись-шмотки».

– Знаю, Таль, но иначе у нас ничего не получится.

Сделай мне огромное одолжение.

– И как ты представляешь реакцию продавцов на говорящего кота? – её приятный голос не испортили даже проскользнувшие нотки сарказма.

– Меня могут видеть только те люди, которым я позволяю, и ты. Одевайся и пошли уже. Только, чур, слушаться и сильно носик не воротить.

Обречённо вздохнув и прошипев что-то весьма нелестное в мой адрес, моя головная боль обула на ножки кроссовки и натянула куртку.