Время клятвы

Рослый сатир бежал к Эбботу и недобро улыбался, наблюдая за тщетными попытками мага остановить его заклинаниями. Растерявшийся Ирвин едва не прикусил язык, плетя хитроумные словесные кружева, но всё было тщетно: воина словно зачаровали. Ирвин настолько привык полагаться на магию, что даже не имел при себе никакого холодного оружия, и сатир ликовал, видя, как его противник разворачивается и трусливо убегает в лес. Эббот был в таком замешательстве, что просто мчался куда глаза глядят, петляя между соснами, пока не зацепился ногами за корни и не полетел в глубокий овраг.

Мальчишка встал на пути Финеаса, не подпуская его к Рокуэллу. Сатир сделал вид, что хочет провести атаку мечом, но вместо этого внезапно ударил сверху вниз головой, и оруженосец, получив мощный удар рогами в шлем, рухнул на спину. У него перехватило дыхание, а перед глазами поплыли разноцветные круги. Где-то рядом поднявшийся Рокуэлл выхватил Булаву Возмездия и начал мстить за поруганную Справедливость.

Позади Полоний молитвами призвал Дар Биуса и сосредоточенно вытягивал из очередного подоспевшего сатира все жизненные соки, пока Люмора прикрывала жреца и пыталась прикончить слабеющую человеко-козлиную плоть.

Тем временем Ирвин лежал на спине, не в силах шелохнуться. Все, что он мог видеть – склонившегося над ним преследователя с блестящим амулетом на цепочке поверх доспеха.

– А ты думал, у нас нет защиты от гвардейской магии? – улыбаясь, спросил воин.

– Считал нас всех необразованными лесными дикарями?

Ирвин, раскрыв рот, глотал воздух, словно речная рыба.

– Напрасно, – продолжил козлобородый. – Может быть, у себя там ты и являешься законом, но в этих лесах законное слово всегда остается за Финеасом!

Ирвин шевелил губами, пытаясь что-то сказать.

– Предсмертная исповедь? – ухмыльнулся сатир. – Ну давай, я не спешу.

– Как… как насчёт…

– Насчёт чего, гвардеец?

– Насчёт защиты от кулаков тролля?

– Чт…

Мощный удар в голову не дал сатиру закончить.

Он отлетел в соседние кусты, будто невесомая тряпичная кукла, и на этом его славная жизнь довольно бесславно закончилась.

– Я же говорил, что на тебя можно положиться, – улыбнулся Эббот. – А они не верили.

– Я дал Слово Камня! – с достоинством произнес тролль, схватив Ирвина и поставив его на ноги. – А Камень слов на ветер не бросает!

– И то верно, дружище! – кивнул Эббот.