Время клятвы

Я… могу только догадываться, что нас ожидает там, однако предчувствую, что добыть Сферу Хаоса будет очень и очень непросто. Я хочу напомнить вам… Друзья, все мы дали клятву верности друг другу, но в первую очередь, конечно же, Его Светлейшеству, – Ирвин опустил глаза, – и исполним свой долг, чего бы это ни стоило. Так вот, я… Я разговаривал сегодня с Томасом, и в беседе он сказал мне очень простую, но правильную вещь: клятвы надо держать. Понимаете? Наши клятвы – не просто нелёгкое бремя. Это ещё и тяжёлое время, ведь слова испытываются на прочность всегда: в сражениях, в любви, верности, бедах, а также в часы затишья.

Мы должны помнить о своих обещаниях даже тогда, когда до цели остаётся совсем чуть-чуть, ибо малейшее сомнение или крохотное заблуждение способно разрушить всё, что было воздвигнуто! Друзья! Мы многое сделали вместе и десятки раз выручали друг друга, и всё это было вовсе не для того, чтобы отказываться от обещаний, находясь буквально в шаге от вершины нашей общей Горы! Каждый из нас поднимает в Гору собственную ношу… и в то же время мы идём, связанные общей клятвой! И когда мы доберёмся до Сферы Хаоса, мы должны быть сильными и непреклонными! А чтобы быть сильными и непреклонными, поднимем кубки и напоим себя Жизнью до последней капли!

– Прекрасные слова, господин Эббот! – восхитился мальчишка.

– Вы превосходный оратор!

– И никаких глупых шуток! – усмехнулся барон. – И правильно: завтра мы зададим жару всей подземной шушере! Пускай прячутся, пока не поздно! Шутки закончились!

Компаньоны поднялись со своих мест, торжественно чокнулись друг с другом старинными кубками и с удовольствием пригубили сладкую янтарную жидкость.

Все, кроме Полония.

Август не торопился опустошать свой кубок.

Странная речь Ирвина, посвящённая очевиднейшим вещам, его переменившееся поведение, необыкновенная серьёзность, бегающий взгляд, а также подслушанный жрецом разговор между гвардейцем и Томасом и особенно момент, когда слова о клятве произвели на Ирвина сильное впечатление, как будто он что-то вспомнил… Всё это наводило Полония на мысль о том, что речь Эббота была произнесена вовсе не для того, чтобы сказать о чём-то важном.

Нет-нет, Ирвин точно не пытался никому ни о чём напомнить.

Он лишь старался за что-то оправдаться.

Оправдаться не только перед компаньонами, но и перед самим собой.

И теперь, отбросив всяческие ненужные сомнения, Август Полоний пришёл к единственному закономерному выводу.

Гвардеец Эббот – шпион.

Глава 11.