Все связано. Роман

Однажды, после занятия с Артемом, который был последним в расписании, Ефрем отправился не на дополнительную работу, как обычно, а домой. Надо было собраться с мыслями и поговорить наконец в астрале с математиком.

Ефрем спокойно пообедал, покурил, задумался. Все-таки я поступил правильно, – подумал он. Он еще был далек от того, чтобы признать себя трусом, но твердо решил решить все нерешенное. В последнее время он готовился к этому. Не пил, даже в компании, чем удивлял своих многочисленных приятелей и знакомых, которые стали думать про него разное – от того, что завязал, до самого плохого.

Непьющего Ефрема никто уже и не помнил. Люди удивлялись и стали стремиться общаться с ним, а Ефрем иногда давал им немного энергии, не рискуя пока ничего забирать. Он готовился ко второму путешествию в астрал, но все еще не чувствовал себя достаточно готовым, а скорее, чего-то боялся.

Наконец музыкант опять собрался в астрал. После обеда он расслабился, отключился от реальности и вот уже его ушей коснулись звуки вальса «Дунайские волны».

Интуитивно он остановился вблизи оркестра и не зря, именно там прогуливался в компании небольшого летевшего рядом с ним облачка, отражающего формулами ход его мысли, не так давно покинувший реал знаменитый лауреат Милдсовской премии.

– Добрый день, – обратился к нему Ефрем, – извините, если отрываю.

А может быть, надо было сказать «Бонжур», – подумал он, но получилось, что это тоже дошло до призрака. Похоже, что до призрака доходили все его мысли.

– Без разницы, по-русски даже забавнее, давно по-русски не общался… Добрый день.

Не очень отвлекаете. Все нормально, – призрак был довольно холоден, но каким еще быть призраку?

– Я хотел бы узнать кое-что о случайностях, скорее, об их вероятности.

– Знаю, о чем ты давно собирался спросить. Я этим много занимался, даже доклад был в Москве, но ты вроде раньше не стремился что-то обсудить, сам все знал, что делаешь, – тон призрака становился все холоднее, появился налет сарказма, но Ефрем и без того был лишен четкости понимания.

Он испугался, что застрянет в астрале надолго. А если навсегда?

– Не бойся, не останешься, рано тебе пока сюда навсегда, ты эгрегору там нужен. Но если перестанешь даже временно работать на эгрегор, быстро здесь окажешься навсегда.

– У меня не было времени, я все время работал.

– Ты избегал (призрак по своей деликатности не употребил слово «боялся») выйти из зоны комфорта и у тебя до определенного момента все шло прекрасно.