Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Да и что мы с того будем иметь?

– Обретем сладостный покой!

– Правильно, мы обретем придурковатого Абаназара, который может при случае и по недоразумению так колдонуть, что от нас мокрого места не останется.

– Тогда его нужно того, «фсить»! – По старой привычке Ахмед потянулся за несуществующей саблей.

– Ахмед, откуда в тебе столько жестокости и непонимания собственной выгоды! – обреченно покачал головой Максим.

Правда, в данном случае он имел в виду собственную выгоду, ведь джинн – добудь лампу не Абаназар, а Максим – мог бы вернуть его в свой мир к нормальной жизни, о чем знать Ахмеду вовсе не стоило.

– Значит, вы хотите сами завладеть лампой? – догадался Ахмед.

– В точку! – Максим снисходительно похлопал по плечу бывшего разбойника. – А потому ждем, смотрим и слушаем.

Ахмед быстро и понятливо закивал и замолк. Но вытерпел недолго.

– Шеф!

– Ну что еще?

– Я не понял: если вы хотите узнать, где лампа, то чего мы торчим на солнцепеке?

– А ты предлагаешь постучаться в дом, пройти внутрь и присесть вместе с ними за пиалой чая? Может, еще и накормят чем.

– Я, вообще-то, подумал о крыше. Там есть дымоход, и через него можно подслушать, о чем говорят в доме. – И на всякий случай льстиво добавил: – Но ваша идея пойти в гости тоже ничего.

Нужно признать, план Ахмеда не был лишен здравого смысла и некоего очарования, которое заключалось в простоте его исполнения. Возможно, им вовсе не придется следить за Ала ад-Дином и «дядей», когда те отправятся за лампой, если все удастся разузнать из их беседы.

К тому же неизвестно, когда еще они соберутся в путь: может быть, это произойдет прямо сейчас, а может, и через два-три дня. Ведь старый колдун порядком измучился за последнюю ночь, и явно захочет дать отдыха своим старым костям.

– Пошли! – призывно махнул Максим после некоторых колебаний и первым устремился в обход дома Ала ад-Дина, туда, где над крышей дома, с тыльной его стороны, возвышался старый тутовник, вплотную примыкавший к забору.

Ахмед обрадованно потер ладони и припустил следом за Максимом. Он был человеком действия и терпеть не мог терять время впустую, когда можно было сотворить нечто заговорщицкое.

В проулок между высокими глинобитными заборами, сливавшимися с неровными стенами домов, они попали быстро, и по счастью, здесь не было ни души.