Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

– Кто, кто здесь?

– Открой тайну! – продолжал гнуть свое Максим. Ахмед злорадно хихикнул рядом, прикрыв ладонью рот.

– Ка… кую тайну? – сглотнул перепуганный Абаназар, вскочив на ноги. – Это ты, гнусный предатель Каззан?

– А при чем здесь я? – раздался в комнате совсем другой голос. – Чуть что – сразу Каззан. Сам разбирайся со своими тайнами и проблемами.

– Тайну, открой тайну! – надрывно гудел в трубу Максим.

– Да какую тайну? – потряс руками Абаназар.

– Та-айну золото-ого клю-учика-а! – не стерпев, пошутил Максим.

– Какого еще ключика? Нет у меня никакого ключика! Кто ты? Покажись сейчас же!

Абаназар, несколько придя в себя, хватил кулаком по крышке сундука. Медная тарелка скатилась на пол и загрохотала. Колдун потряс ушибленный кулак.

– Тайну, открой тайну!

– Ха, ха-ха-ха, – загоготал невидимый Каззан, подливая масла в огонь.

– Заткнись!!! – схватился за голову Абаназар и заметался по комнате. – Оставьте меня в покое! Нет у меня никакой тайны!

– Хи, хи-хи-хи.

– Есть у тебя тайна – тайна… – но договорить Максим не успел.

Абаназар, наматывавший круги по комнате, случайно зацепился ногой за подпорку, установленную Ала ад-Дином, и растянулся на полу. Подпорка, скрежеща, сместилась, потом еще и еще. Потолок вновь затрещал, проседая. Максим с Ахмедом, почуяв, как под ними дрогнула крыша, распластались на ней и затаили дыхание. Подпорка рывком ушла в сторону и огрела по спине Абаназара. Колдун вскочил, будто ошпаренный, и бросился к двери, которую сильно перекосило и заклинило.

Абаназар, вереща и размахивая бровями, без толку дергал на себя ручку, но дверь не поддавалась. Потолок вновь затрещал, прогибаясь, с него большими кусками посыпалась штукатурка. Ахмед не выдержал, вскочил на ноги и бросился к тутовнику, что оказалось последней каплей. Крыша провалилась, ужасающий грохот слился с криком двух людей.

Максим упал на стопку курпачей, и его завалило кусками спрессованной соломы и глины, а вдобавок обильно осыпало штукатуркой. Ахмеду повезло меньше.

Бывший разбойник угодил прямиком в очаг с горящими поленьями, из которого давно никто не выгребал золу и угли. Перевернув котелок с кипящей водой, Ахмед приземлился прямо в кострище; вода, выплеснувшись из котелка, обратилась в пар и подняла в воздух золу. Горящие сучья полетели во все стороны.

– А-а-а, – завизжал Ахмед, почуяв жгучую боль, выскочил из остатков очага и, хлопая себя руками по занявшимся на заду штанам, закружил по комнате.