Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Вот уж у кого точно ее напрочь с петель сорвало! Так вот, мало ему было простых, человеческих желаний, и возжелал он властвовать над миром и – только вдумайся! – быть повелителем джиннов.

– Этот гнусавый противный старикашка? Не смеши мои тапки.

– Но то истинная правда! И, смею тебя заверить, он очень опасен! О, сколько он моей крови выпил.

– А разве у джиннов есть кровь?

– Образное выражение, метафора.

– Ясно, продолжай.

– Я закончил.

– Интересно, конечно. Но ты не сказал самого главного: какое отношение имеют ко мне колдун с наполеоновскими планами, джинны, Ала ад-Дин и все прочие, включая весь ваш мир?

– Ты наделен удивительным, просто невероятным везением, о Махсум!

– Серьезно? – хмыкнул Максим.

– О, не сомневайся.

– Об этом уж позволь судить мне. К тому же не пойму, из-за чего устраивать такой переполох. Абаназар уже полторы сотни лет, как я понял, пытается стать повелителем мира, но воз и ныне там.

– Оно, конечно, так. Сам по себе он ничто, хотя и, надо признать, могущественное…

– Могущественное ничто, – повторил, словно эхо, Максим.

– И для обретения настоящего, беспредельного могущества ему необходимо отыскать главного джинна и завладеть его силой. Я, знаешь ли, довольно слабый джинн – так, бытовые желания, не более того. Но и я кое-что могу! И понимаю. А понял я следующее: если Абаназар вдруг завладеет Владыкой джиннов, то – пиши пропало! Наступит конец света, ты понимаешь?

От волнения Каззан изрядно распух, став похожим на воздушный шар на тонкой ниточке.

– Не совсем, но охотно тебе верю, – кивнул Максим, зевая. – Но – извини, что повторяюсь, – а я-то тут при чем? Это не моя разборка, я вообще не из вашего мира.

– Оно, конечно, так, но, благодаря твоему невероятному везению, о котором мне поведал дух Сим-сим, ты вполне способен воспрепятствовать исполнению устремлений гнусного колдуна, готового весь мир перевернуть с ног на голову ради безмерной власти.

– А меня ты не забыл спросить? – набычился Максим.

– В каком смысле? – непонимающе моргнул джинн.

– В самом что ни на есть прямом. Ты считаешь, мне в жизни больше нечем заняться, как только воображаемым везением вышибать из всяких заплесневелых колдунов манию величия?

– Но ведь это святое дело!

– Разве я похож на мать Терезу? – вопросительно вскинул левую бровь Максим.

– Э-э, прости, на кого?

– Неважно! – у Максима нервно дернулась щека. – Ладно, продолжай.