Бессмертные герои

Но не будем забывать о пророчестве, так как пророчество есть ни что иное, как ВОЛЯ, продиктованная с самого Олимпа!

В общем, олимпийцы во всю эту катавасию и вмешались. Сами заварили, так сказать кашу, сами и побеспокоились об исполнении предсказанного оракулом.

***

В дела смертных вмешался сам Зевс (главный олимпийский хохмач и главный автор гнусного пророчества).

Но обо всём по порядку.

Каменная башня, в которую заточил Данаю полоумный отец и впрямь казалась неприступной (слуги, понятно, за редким исключением, женщины).

Правда, был там один прохиндей с накладными грудями, но что странно, очень быстро выпал из самого высокого окна неприступной крепости. Трагедию сочли за очередной несчастный случай.

Даная проживала в надёжных покоях у самой крыши. Окон в комнатах девушки (располагавшихся ярусами) не было. Лишь подзорная труба, вмурованная в стену и забранная на всякий случай снаружи решёткой. Так что даже небо у несчастной было в клеточку.

Поначалу Акрисий хотел спрятать Данаю в глубокое подземелье, но после постройки подземной темницы недосчитались четырёх землекопов, из чего царь заключил, что похотливые злодеи наверняка спрятались где-то внизу, лелея надежду подарить красавице чудесного сына.

Посему подземелье сразу после постройки пришлось срочным образом засыпать.

Однако Акрисий не учёл того, что любовник дочери придёт не снизу, а сверху, прямо со светлого Олимпа.

***

Заручившись поддержкой Гефеста, любвеобильный Зевс перешёл к решительным действиям.

Прихватив нужные инструменты, поздней ночью боги спокойно материализовались на крыше каменной башни, покрытой листами грубо обработанной меди. Гефест поплевал на мозолистые руки и, покрутив на особом волшебном ящике какие-то выпуклости, высек из длинной железной палки волшебную искру. Хищным синим язычком загорелось пламя.

Гефест присел на одно колено (Зевс в этот момент держал сына за плечи, дабы тот не свалился вниз) и синий язычок легко разрезал медные листы крыши.

Тут же образовался приличный проём и вовнутрь башни посыпался целый сноп золотых искр. Отсюда и возникла легенда о, так называемом, «золотом дожде», в виде которого Зевс проник в заточение к прекрасной Данае. В данном случае «золотой дождь» следует рассматривать всего лишь как средство проникновения, а не его суть.

- Ну как? – спросил Гефест выключая свой аппарат и стягивая с головы особый громоздкий шлем, защищающий глаза от горячих искр.