Дневники Обормотня

Как бы сейчас пригодилось вожаковское мозгоклюйство! Но приятель откашлялся, и молча кивнул, продолжая комкать в лапах носовой платок. Хотя нет… уже не платок.

– Я доведу его до палаты, глянь, куда вожака выбросило. – Даже знать не хочу, почему он не прибежал за нами! И это при моём лунном любопытстве. Но одну вещь я узнал точно: пустые банки из-под чипсов действительно складировались там, где я видел во снах. А значит, мои сны – это чуть больше, чем простые выдумки. Смятую картонную банку Венька не выпускал до утра.

***

Прошло ещё две недели, а деревня только перестала гудеть. Вожак случайно долбанулся коробкой из-под интеллекта о твердь земную, поэтому пришёл в себя только к приходу Лены. Но думаю, он всё это выдумал, чтобы оправдать промедление. А потом начались разборки, о которых мне вообще не хочется писать! Но Веню не только не увезли, а даже быстро привели в себя: его внутренний песец настолько перепугался, что теперь не видел ничего страшного в немытых яблоках и попадании под дождь без зонта.

И сейчас он, совсем нормальный и живой, пробежал под окном, приветливо помахал рукой, и убежал дальше: у него тоже зарядка. А я повернулся к Льву Леонидовичу, терпеливо ожидающему, когда я перестану отвлекаться.

– Какой урок ты из этого извлёк, Алексей? – спросил он, глядя мне в глаза.

– Что у деревни вожак – трусливый долбоволк.

– Очень неуважительно к старшему.

– Он заслужил.

Шерлок всё разнюхал, как было, а я ещё и записал в тетрадку, от начала и до конца.

Дед Костя терял уважение стаи с энтузиазмом электровеника на позорной тяге, и Лена была со мной согласна на все сто! Да и не только она.

– Пока стая не выберет нового вожака, Константин вынужденно останется на этой должности.

– А вы можете вожаком стать?

– У меня обязательства перед своей стаей. И обещание сохранять нейтралитет к этой.

– Сами говорили, он дремучий, а кто его побьёт? Вася? Брюс? Виталик? – Я опять начал царапать скатерть на столе.

Вопрос риторический: Василиса наотрез отказывается, Брюс – пацифист, Виталик драться любит, но не умеет. А Степашка ещё слишком маленький.

– Сейчас это менее приоритетная задача. Расскажи, как вёл себя Фёдор Мстиславович?

– Нормально вёл. В смысле вожака спугнул, а нас не тронул. Потому что я его не боюсь, а он это почувствовал, и вообще… он нормальный! Я с ним во снах много раз общался!

– Но сейчас эти сны прекратились.

Я кивнул, и опустил глаза.