Два Божественных Копейщика

Вот такова была семья Хэ! И в ту ночь, когда над столицей Империи Земли пролился небесный свет, Чаньинг сидела на родильном стуле, пытаясь разрешиться от бремени, Джиэй хлопотала вокруг неё, убирая практически всю боль и неудобства, а выгнанный за порог хижины Жикьянг кричал через щель в двери важные, как он считал, указания.

- Роди сына, слышишь, жена! Он станет великим воином и заберёт нас из этой дыры!

- Сам роди себе сына, бездельник, чтобы я ещё раз позволила тебе прикоснуться ко мне! Джиэй, ещё раз сделай что-нибудь с этими невыносимыми муками! Я рожу дочь – прекрасную, как луна! Её полюбит принц, и заберёт меня с ней отсюда в столицу, а тебя оставит!

- Роди сына, слышишь, Чаньинг! Я работаю на тебя днём и ночью, чтобы ты могла есть – роди мне сына! Великого героя! Великого воина!

- Дыши, доченька, дыши, не отвлекайся, - Джиэй гладила невестку по животу.

– Кто бы не родился, всё хорошо. Будет у меня внук или внученька – всё слава Небу!

- Началось! Началось, - простонала Чаньинг.

Жикьянг с воплями «Сына!» ломанулся в дверь, позабыв, что она открывается наружу, ушибся головой и упал.

- Какая боль! – вопил он, держась за лоб. – Мама, брось эту дуру, вылечи мне голову!

- Погоди немного, сынок, - отвечала Джиэй, - уже почти всё кончилось! Так быстро! Ой, это девочка! Смотри, Чаньинг, это твоя дочь!

- ААААА, - заорала невестка. – Уберите это! Это какой-то демон! АААА! Какой ужас! – и замолчала, потеряв сознание.

Вся кожа девочки была покрыта тёмными пятнами, а личико пересекала длинная чёрная линия.

Она шла от левой скулы до правого виска, и напоминала копьё. Ну, если бы кто-то в тот момент дал себе труд присмотреться. Жикьянг всё же ворвался в дом, воззрился на пятнистую девочку и упал без чувств – так невыносимо горько было его разочарование.

Джиэй и девочка остались одни в сознании; только что родившаяся девочка и не думала кричать или плакать. Напротив, она смотрела вокруг спокойными, ясными глазами, словно понимая, что происходит.

- Чудесная девочка, - умилилась Джиэй. – Такая спокойная! Назову тебя Нинг, коли уж эти двое прикорнули и не могут дать тебе имя. А? Что скажешь, Нинг?

Так родилась Хэ Нинг, божественная Мастер Копья. Нужно сказать, что на её теле была изображена Изначальными Иероглифами Драгоценная Сутра Копья, но никто во всей деревне не умел читать даже своё имя – не говоря уже о том, чтобы разбирать Изначальные Иероглифы.