Первый в мире ЗДД

Запонм, — Сэмен наставительно вскинул указательный палец, — алкоголь не поможет тебе стать лучше, но и от прочих напитков толку как бы тоже нет.

— А алкоголь хотя бы старается, — прохрипел внезапно раздавшийся из-за спины голос.

— О, а вот и наш Соловушка проснулся, — обрадовался Сэмен. — Похмелишься?

— Когда это я отказывался.

Треть полуперехода и пяток песен спустя, Вилли, так же принявший участие в борьбе с зеленым змеем, из уважения к старшим товарищам и опасения за сохранение в целости подреберного пространства, узнал историю попадания в отряд Барда, от рождения носившего имя Соловья Соловушкина Соловеева.

— Чары на ритмы и музыку завязанные очень мощные, но для их овладения не дюжий талант требуется, и даже при его наличии, в лучшем случае один из сотни начавших обучение до диплома доходит, — Бард вздохнул. — На нем еще от трети до половины рассеивается.

— Может быть отсеивается? — задремавший Сэмэм, переставший тискать свою любимый тесак, любовно прозванный перышком, вкупе с ударившим в разум алкоголем, повысил градус уверенности Вилли и когда-то давно прочитанные сказки с легендами начали боком вылазить.

— Если бы, — печально улыбнулся Бард. — Звук он среды для передачи требует, мы в основном с вздушной работаем, а воздух в своем проявлении типа ветра легко в ураганы с торнадо переходит, потому и рассеиваемся.

— Да разлетаетсь вы, — хрюкнул Сэмэн и на другой бок повернулся.

— Фу как грубо, хоть и точно, — последнее Бард произнес с такой болью, что Вилли его даже по плечу пару раз осторожно похлопал.

Все же этот миниатюрный, тощий мужичок своей хлипостью одну только жалость и страх за свою сохранность внушал.

Это стало большой ошибкой. Рас чувствовавшийся Бард, вместо того, чтобы рассказ продолжить, балладу затянул, да такую заунывную и тоскливую, что с соседних телег сразу три фляги и четыре бурдюка прилетело. Половина на Сэмана приземлилась. То от такого «дождичка» мигом проснулся и в два прихода Барда затнкул. В прямом смысле первый попавшийся бурдюк открыл, и словно соску младенцу горлышко в рот вставил.

Как Соловушка сомлел и на пригретом Сэманом месте уснул, плащом накрывшись и с дном повозки слившись, Сэмэн историю и закончил:

— Мимо развилки ехали, у ответвления восточного тракта нас и остановили. Караванов штук семь столпилось, подвод чуть на за две сотни. Кинулись к нам, так мол и так, спасите-помогите, хорошо заплатим. Ну мы понятное дело отказывать не стали, тем более аванс без вопросов нам выдали.