Сказка о любви

Так что ничего не возьму. Пусть будет Михал Рагим добрый сегодня и ласковый.

Иронически смотрю на него.

- Вот так ни с того, ни с сего добрый и ласковый?

Гном мнется. Потом кивает своим мыслям и отвечает:

- Мешал мне Рашид-хан. Очень сильно мешал. Но поймать орка в степи... Если б заманили только в горы его, и то бы должник был я. А уж о том, что перебить банду, то совсем долг большой. Особенно тебе, да синюшке малой, что так лихо задом вертит. Не люблю обязанным быть.

Палемалевизианоэль, эльфийка

Гном обещает охрану на ночь, а утром вернуться за ответом ('После рассвета, чтобы милая крошка с перепугу не кидала в меня свои колючки') и уходит, напутствуемый Веткиным: 'В такого малявку и днем-то не попадешь'.

Укладываемся и через пять минут слышится только дружное сопение. Денек был не легкий. Держусь изо всех сил, стараясь не уснуть. Если я правильно поняла, что означали скрещенные пальцы Дунга...

- Пал, ты спишь?

Молча приподнимаю край одеяла и старший ныряет ко мне. Придвигаюсь поближе и кладу голову на мужское плечо.

Его руки обнимают меня. Губы у самого уха. А мои - у его. Со стороны выглядит... На самом деле нам надо поговорить, а уши могут быть даже у камней. А в такой позе можно разговаривать настолько тихо, что ни один камень не услышит. Еще бы на эльфийском или марквашском... Увы, моё детское увлечение кланами не зашло так далеко. А эльфийский вообще никто не может выучить. Чтобы понять, почему, достаточно услышать любое 'краткое' имя. Моё, например. Приходится обходиться галактическим. ..

- Что думаешь?

Горячее дыхание обдает щеку. Ловлю себя на мысли, что мне это нравится. Ты о чем думаешь, дура?!

- Странно это, - отвечаю ему. - Внешне не придерешься. Но очень странно.

- Тебя напрягает этот Михал?

- Нет, он скорее Ветку напрягает.

- Зачем она его провоцировала?

- Отвлекала, пока я прощупывала местность. Вокруг было не меньше десяти человек. Очень близко. Но я их с трудом ощущала. А Ррыгша вообще не чуяла. Они как-то закрываются.

- Это неважно.

Нас могли положить в любой момент. Так?

- Да!

Устраиваюсь поудобней. Рука сама ложится к нему на талию. Повторяю:

- Да. Могли. Но не хотели. Только страховали.

- И он не врал. Всё, что нам известно о верхней дороге совпадает с его словами.

- Ну, знаем мы мало. В лакуны можно вплести немало лжи. Но тоже думаю, что он не врал. Примем его предложение?

- У нас почти нет выхода, - отвечает Дунг. - Четыре перевала, не меньше десяти ночевок в зоне снега. Два сложных.