Счастливый брак гарантирован!

Она постелила белую скатерть, вышитую по краям красными маками, и начала накрывать на стол.

– Поди, руки помой, внученька. Обедать будем. У меня щи сегодня со свежей крапивкой, витаминные.

Виктория помыла руки в старинном умывальнике, вытерлась вафельным полотенцем, потом порезала хлеб. Бабушка Поля разлила по тарелкам зеленые щи и густо заправила сметаной.

– Рассказывай, – проговорила старушка бесхитростно, едва они уселись за стол.

И Виктория начала рассказывать про то, как жила с бабулей, оформившей на нее опеку после того, как родителей не стало, как окончила школу и поступила в институт.

Как потом по настоянию бабули устроилась работать библиотекарем. И как не складывалась личная жизнь.

Когда же Виктория сказала про брачное агентство, старушка и вовсе расстроилась.

– Чего же ты натерпелась, внученька, – приговаривала она, хотя Виктория изложила сильно облегченную версию своих злоключений.

Пришло время и про академию сказать. И про Эридана.

– Намучилась, голубушка, и все зазря.

А ведь приди раньше, ничего этого и не было бы.

– Это как? – не поняла Виктория.

– А так, что ведьма ты, Вика, в двадцать седьмом, считай, поколении. В нашем роду все по женской линии ведьмы. Это и дар наш, и проклятье.

У Виктории даже ложка из руки выпала.

– Да ты не смотри на меня так. Сватье-то своей я все как на духу тогда рассказала. Про то, что учить тебя надо нашему делу, просила отдать мне в деревню. Да только уперлась она. И ни в какую.

Говорит, не было в ее роду нечисти и не будет. Последний раз тебя на похоронах видела. Только и успела, что оберег наложить. А больше нам видеться не позволено было. Надеялась, что одумается Петровна, пришлет тебя. А видишь, как оно вышло. Умерла, и даже перед смертью не призналась.

– Какой еще оберег? – осторожно спросила Виктория.

– На сердце твое оберег, внученька. Но времени особо не было, потому вышло как вышло. Надо было, чтобы ты не серчала, а впопыхах сразу на все запрет накинула.

Но я ж надеялась, что поймет Петровна, пришлет тебя ко мне. А вот оно как вышло. И теперь совсем мало нам с тобой времени отмерено, – горестным выдохом закончила старушка.

– То есть все мое невезение – это не просто так?

Баба поля посмотрела на Викторию, поджала губы. Молча поднялась, пошла чайник ставить.

Убрали со стола тарелки, сели чай пить с вареньем.

– Леночка учиться не захотела. Мама, глупости все это, мама, что ты наговариваешь.