Арэн укротитель магии

Здешний кузнец умел лишь подковать коней, да выковать пару мечей не очень хорошего качества, но крестьянам отмахиваться от чудовищ сойдет, а у инквизиции был свой личный умелец, который обслуживал только их и городскую стражу. Арэну удалось разжиться кое-какой кожаной броней, не ахти конечно, но лучше, чем принимать удар голым пузом.

Простенький лук для охоты он нашел там же, а так же докупил часть трав у местного знахаря. Почему часть, спросите вы? Потому что от названия других у бедного старика чуть последние волосы не выпали, ибо таких он отродясь не видел и не находил, а если б и находил, то жил уже б, как лорд, настолько они были ценны.

Арэн пополнил запасы еды и воды, а вот в конюшнях его снова ждало разочарование. Коневод просто отказывался продавать ему двух коней, даже одного, и завышенная цена тоже не смогла переубедить его. Кони здесь были на вес золота, и лишних просто не было, либо они были заняты инквизицией, либо стражниками или для вспахивания полей, ну, или для колбасы.

Взамен морщинистый конюх предложил вьючного осла, на что Арэн лишь грустно вздохнул, но купил животное за пол золотых. Всяко лучше, чем тащить свои пожитки на собственном горбу. Он на месте загрузил осла, схватил поводья и повел его за собой к трактиру. Арэн остановился у деревянного двухэтажного здания с вывеской «Хмельная опушка», где привязал поводья.

- Эй, парень, шикарный у тебя конь, где такого достать? – послышались издевающиеся смешки от кампании забулдыг, что стояли у входа в здание изрядно подвыпившими.

Арэн решил не лезть в драку, все же, они были местными, а в таких местах с ними лучше не связываться, потому что за них вступиться вся деревня. Он молча прошел, пока те все пытались хоть как-то задеть его, называя то слишком красивым и нежным для мужчины, то, что его спутнице явно нужен другой мужчина, который знает, что с ней делать.

Арэну очень хотелось надавать по шее этой четверке, но нельзя было привлекать еще больше внимания к своей личности.

Под крик «Сыкло!» он зашел внутрь трактира и закрыл дверь, его кулаки крепко сжимались от злости, и юноша попытался взять себя в руки. Трактир был ничем не примечателен и сделан так же, как и тысяча других подобных заведении.