Тень основателя

Под чье еще покровительство мог попасть паладин, посвященный давно мертвым императором, во имя не менее мертвой империи?

В общем, все понятно и объяснимо. Кроме одного ма-а-ленького вопроса.  Как мне теперь спасти моего наследника? Если учесть, что спасать, в том числе, придется и от самого себя? Раз почуяв Силу, любой паладин будет ею пользоваться все чаще и больше. Это даже не соблазн, это сама жизненная суть, непреложный закон. Так было всегда, и по-другому быть не может. Вот только, подозреваю, что сила Смерти, для живого человека, тем более столь юного, как этот мой потомок, будет отнюдь не полезна для здоровья.

***

Выдержка из свидетельских показаний свободного жителя Юула Кайди, гражданина свободных территорий вольного города Лаора, проживающегов селе Малый Каскар, по четвертой миле западно-лаорийского тракта. 

Составлено младшим следователем Лаорийской стражи Верилием Лоуджи, в связи с расследованием дела о беспорядках на торговой площади села М. Каскар и убийством на означенной площади Младшего Святителя храма Благого и Величайшего отца, преподобного Алонсия Торо.

- …Вот я и говорю уважаемый! Только значит, отец-святитель, собрался сжечь этих богомерзких псов, как на площадь колдун заявился. Я то все-ё-ё видел, я там совсем рядом стоял. Стоит, - горбатый, страшный, морщинистый, росту низенького – карла как есть злобная, скалится препротивно, и вроде как покупать чего собирается. Товар значит, у почтенного Верана, которого вы передо мнойдопрашивали, ворошит, а сам ждет чего-то.

Ну а как стражники, значит, отродий вывели, так он глазом как сверкнул, посохом костяным оземь ударил, да заклятье черное бросил. От того заклятья, твари богомерзкие силой преисполнились, цепи свои разорвали, стражу разбросали да на честный народ кинулись. И ну грызть –рвать людей! Страх просто. А колдун стоит, скалится, да человеческим мукам радуется! 

Тут святитель, да будут облака ему пухом, а Всевластный – отцом милостивым,  не растерялся, вперед вышел, круг святой поднял, да людей то закрыл.

Ослабли чары черные, народ совсем было одолевать стал. А колдун, разъярился, что планы его сорвались, спрятал отродье к себе за спину, и слово колдовское выкрикнул. 

-Что за слово? 

-Дык, милостивый господин, не колдун я. Слов колдовских не разбираю. А так, по звуку ежели, сильно похоже на то самое, какое мужик издает, если ему на ногу тяжесть какую уронить.