Тень основателя

Один из немногих достаточно благополучных районов Нижнего города. Осмотревшись, мое тело, - а точнее тот, кто им сейчас управлял, по неведомым признакам, выбрал один из домов. 

Резкий прыжок без разбега на высоту более чем в три раза превышающую мой рост, - и я нахожусь в небольшом уютном дворике, огражденном высоким каменным забором. Один только взгляд – и бросившийся ко мне слюнявый ирайский волкодав с тихим взвизгом влетает в свою конуру откуда доносится жалобное поскуливание. 

Правая рука метнулась к поясу, словно выхватывая невидимый меч, затем последовал быстрый взмах, и на запертой двери, сделанной из толстых дубовых досок, появляется узкая щель, а изнутри дома доносится звук упавших половинок разрубленного засова.

 

Затем все было быстро. И неприятно. Когда все закончилось, мои старые лохмотья уже догорели в камине, а мое тело, отмытое до скрипа в большой и теплой ванне с самым настоящим мылом, одетое в новенькую дорожную одежду молодого наследника весьма небедного купца, аккуратно обходя кровавые лужи, выходило из разграбленного дома.

 

И вновь – бег. Уже смеркалось, и ворота Белого города должны были закрыться, но того, кто управлял моим телом, это не смущало. Да и направлялся он не к воротам. 

Глухая стена. Это был, пожалуй, один из наиболее старых участков стены, оставшийся еще с тех времен, когда еще не было империи. В те древние времена, Белый город и был всей Лаорой, а эта стена была крепостной, защищавшей город от набегов многочисленных врагов.

Моё тело шло, внимательно вглядываясь в абсолютно одинаковые камни и, кажется, даже что-то бормоча под нос. Внезапно оно остановилось, и присев с силой нажало на ничем не примечательный камень, расположенный чуть выше пояса. С тихим, и словно недовольным скрипом, он немного углубился в стену, а в следующий миг земля ушла у меня из-под ног. 

***

         Провал люка со скрежетом задвинулся над моей головой, и воцарилась полная темнота.

Похоже, я находился в каком-то подземном ходе. Впрочем, спустя пару мгновений, я начал различать очертания изрядно прохудившийся кладки стен, каменного, и крайне запыленного пола, и ведущий куда-то вдаль неосвещенный проход. 

Похоже, стоящая перед моими глазами дымка, затеняя солнечный свет, в темноте, наоборот, позволяла видеть не хуже кошки, или иного ночного жителя. 

Впрочем, смотрел я не долго.