Бармен из преисподней.

Занимался рассортировкой всего добра, что на складе есть, потихоньку оружие чистил и переделывал, что бы по удобнее было, ну а затем осознал, что, сколько бы у

меня оружия не было, один я этот склад не удержу, а у меня чуть ли не под боком почти целая зомбо-рота слоняется без дела. Я для них ведь уже давно паханом стал, только вот воевать они ни в какую не хотели. Вот и построил я их. Сначала они кочевряжились, гопники всё же. Однако, после показательной экзекуции над самыми недовольными, моя власть над ними стала абсолютной.

Да и сами они поняли, что сильнее стали, а то раньше только пальцы кривить и умели да гоп-стоп устраивать, и не пинал их только ленивый, а сейчас сам посмотри!

И действительно, каждый из зомбаков точно знал, кто что делает и где его место. Вообще, всё было продумано достаточно толково. По каждой из сторон света было расположено по пулемётной точке, состоящей из MG-42 с прикрытием. Двое зомби обслуживали пулемёт, а когда они перезаряжались, ещё двое других, один с СВТ-40 с оптикой, а другой с со Штурмгевером вели прикрывающий огонь.

На самой платформе были навалены мешки с песком, защищающие от метательных предметов, а пулемётная точка Андрея была вообще закрыта железным листом.

— И пусть до Спецназа ГРУ им ещё, как до Китая, — продолжал Андрей, — но кое-что уже умеют. По снайперской стрельбе пока проблемы небольшие, но учатся быстро, ничего не скажешь. Так что в ближайшем будущем у меня будет подготовленный отряд почти, что бессмертных головорезов.

И пусть говорят они мало, да и мертвечинкой от них тащит неслабо, но зато ответственные, приказы не обсуждают, и делают всё добротно и на совесть.

— А ещё такие пулемёты у тебя есть? — кивнул я в сторону ДШК — Не лучше ли бы установить их вместо немцев?

— Были бы ещё, так бы и сделал! — буркнул Андрей — Один он у меня, да и патронов с тысячу примерно, и половину я уже по супостатам расстрелял.

Он ещё что-то там говорил про скупость боепитания, жадность волшебной способности бункера восполнять запасы всего, что там есть и дискриминацию людей, как меньшинств Лимба, но я его не сильно слушал.

Я решил извиниться перед Эвелиной. Да! Именно я! В последний раз наша встреча закончилась не очень хорошо. И пусть это была не моя вина, но, насколько я знаю женскую натуру, проще извиниться было именно мне.

— Эвелина, есть минутка? — спросил я у отдыхающей демонессы.

— Чего тебе? — устало спросила она.

— Я на счёт того случая в баре.