Бармен из преисподней.

— И с чего это они так озверели?

Я вкратце пересказал ему историю с Бэллой. Андрей ничего не комментировал, только лишь сильнее задумывался. В конце концов, он отвесил мне подзатыльник за то, что не рассказал раньше о наших с суккубом «ночных встречах», и спросил, не импотент ли я, когда узнал о моём иммунитете к чарам Бэллы.

— Вот что, — вздохнув, сказал он, — ничего другого нам не остаётся, как уничтожить суккуба. Также надо как-то доказать нечисти, что человеческая кровь в больших количествах их убьёт, потому как вынести весть мир демонов будет если и не сложно, то очень долго, да и патронов нам не хватит надолго, а в рукопашную даже я не всегда могу выстоять, особенно с Архидемоном.

— Согласен с тобой, — ответил я, — тогда сейчас займёмся поиском суккуба. Эвелина пускай отлежится у тебя, она сегодня хорошо постаралась и нуждается в отдыхе. А мы с тобой пойдём в самое пекло разврата.

— Это куда?

— В гости к Бэлле…

9

Вот, эта улица, вот этот дом! Вообще, путь до дома Бэллы на удивление прошёл без происшествий.

Даже по пути никто не попался. В смысле вообще никто. Улицы Лимба были совершенно пусты. Не хватало только перекати-поля для пущего вида. И правильно: почти вся нечисть участвовала в штурме бункера, а значит либо мертва, либо зализывает раны. А аристократы Лимба в такие районы не лезут, ибо брезгуют. Поэтому путешествие по нужному адресу у нас с Андрюхой прошло быстро, чисто и без свидетелей.

Дом, в котором жила Бэлла стоял в самом загаженном тупичке спального района Лимба. Обветшалые кирпичные стены древней как мир многоэтажки, чёрные дыры без намёка на стёкла вместо окон и кусок старого дерева на ржавых петлях, смутно напоминающий дверь. Такие домики в моём мире обычно нарекают аварийными. Правда названием всё и ограничивается, ибо жильцов из таких домов редко когда переселяют, а по документам, случается, на месте полуразвалившейся халупы уже давно детская площадка или того хуже — свалка мусора.

Однако почти весь первый Круг состоит из таких вот красивых и уютных домиков, а дома с более или менее хорошим ремонтом стоят ближе к площади и их может позволить себе только аристократия.

Вошли без стука. Дверь (если её так можно назвать) сдавленно скрипнула, пропуская нас в тёмный подъезд. Не успели мы переступить порог, как тотчас же были атакованы запахом разложения и застоявшейся крови.