Бармен из преисподней.

— Алёшенька… — невнятно проговорил «зайчик» и начал яростно высасывать воду, тщательно скрывая ладошкой лицо под маской.

— Алёшенька значит… — не понимаю до сих пор, зачем я начал этот разговор, — ну так ответь мне, Алёшенька, какого немытого чёрта ты вечно приносишь нам головы? У тебя что, денег нет?

— Алёшенька…

— Да я уже понял, как тебя зовут. Ты на вопрос ответь.

— Алёшенька? Алёшенька…

— Ладно, а маску зачем нацепил?

— Алёшенька...

Вот же отрыжка Бездны! Похоже, этот чудик в маске зайца кроме слова «Алёшенька» ничего мне больше не скажет.

Ну и чёрт лысый с ним! Мне за отрубленные головы не платят, и куда их девать я уже не знаю, ибо повариха уже ругается на забитый человеческими головами холодильник, а на фабрике по производству костяной посуды черепа уже не принимают. Да и вроде бы не похоже, что он недоволен обслуживанием, раз приходит так часто. Вода в Лимбе и так по цвету похожа на канализационный бурбон, только вместо букета из сточных трав в ней букет из кишечных заболеваний. Вот и сейчас Алёшенька поставил на стойку опустевший стакан, смачно рыгнул в маску и ушёл деревянной походкой размахивая в стороны окровавленным человеческим позвоночником, шугая тем самым посетителей. А я вдруг подумал, что очень не хотел бы встретить на улице такого вот маньяка Алёшеньку. Даже на улице Лимба. И, судя по тому, как на него смотрели другие посетители, не я один...

Самый хороший конец работы, когда кончаются клиенты. Бар опустел — не прошло и половины дня. Я уже решил, что смогу перевести дух, но тут на моё плечо легла ладошка очаровашки-суккуба.

— Давай рассказывай, — В глазах Бэллы читались любопытство и насмешка.

— Мне сказать нечего, — ответил я, сделав невинную мордочку, — ты и так знаешь, что я не могу работать и официантом. В отличие от тебя меня за задницу щипают далеко не в эротическом смысле.

— Да я не про это. Ты ходил на кладбище или нет?

— Ну, ходил, дальше что?

— И… как?

— Там выпивку лучше готовят, а мертвяки мне по жестянке скинулись.

— Плохая шутка.

— Я знаю.

— Тогда не увиливай! Я серьёзно спрашиваю, что узнать удалось?

Пришлось рассказать ей про мою вылазку. Бэлла очень удивилась, узнав про бункер, искренне посмеялась над зомби-гопниками, а на моменте с пленником призадумалась.

— Как давно твой друг в нашем мире? — спросила она внезапно.

— Не могу точно сказать, — призадумался я, — возможно пару месяцев.

— Тогда всё ясно. Ты помнишь, как сюда попал?

Ещё бы мне не помнить.