Бармен из преисподней.

Демонесса будет устраивать им препятствия в виде огненных шариков. А потом мы все напьёмся и устроим махач под девизом «Двое против ста — вполне честно!», где в живых останемся я да Эва.

Кстати, наша «госпожа» заявилась в бар в середине дня с гримасой на лице, на тридцать процентов, обозначающее «беспокойство» и на семьдесят — «злобу». Увидев мою не выспавшуюся и от этого недовольную физиономию, она с облегчением выдохнула и стремительно подошла к стойке.

— Сергей, я тебя убить сейчас готова! — Сказала она полушёпотом.

— Прости, мама, я больше не буду. — Сделав невинное лицо, ответил я.

— Всё шутим, да? А твой друг, между прочим, мне все нервы вымотал, пока мы тебя искали!

— Как трогательно! Тебе не безразлична судьба скромного меня?

— П-ф-ф! Тоже мне, жертва обстоятельств нашлась! Да я бы и не искала, да только этот бугай меня буквально подмышку засунул и потащил тебя искать. Еле-еле внушила ему, что ты на рабочем месте, тогда он меня, наконец, отпустил. — А, затем, внезапно успокоившись и потупив взгляд, произнесла, — Ты это… Меня больше с ним наедине не оставляй.

Уж слишком он большой и страшный.

Потом, видимо, она вспомнила, что жутко на меня озлоблена и, припечатав уже порядком раскалившуюся ладонь к столу, в довольно грубой и нецензурной форме потребовала объяснений, куда же я всё-таки пропал. Пришлось успокаивать её ромашковым чаем. То есть, взять стакан концентрата на основе свежевыжатых ромашек и вылить ей на голову. Вроде бы помогло. По крайней мере, она перестала превращаться в сверхновую звезду.

Затем, когда она просушила свою верхнюю часть тела вместе с головой (и я, чёрт возьми, не знаю, как у её сие действие получилось, не спалив при этом свою одежду и треть бара) я набулькал ей пламенного виски за свой счёт, чтобы не подумала, что я издеваюсь. Всё-таки она такая ранимая — эта девичья душа…

— Кхем, ну а где-же та профурсетка? — Прокашлявшись, спросила она, после этого залпом осушив всю рюмаху. — Ну, та, у которой гонора больше, чем глубина декольте.

— Да, она приболела немного. За неё Горгона Михайловна сегодня работает. Только вот с ней я тебе точно ссориться не советую, в камень обратит и скажет, что так и было.

Это хорошо, что она перевела тему. Я не решился ей рассказать, где провёл ночь, убьёт и меня и Бэллу. Утром хозяин сказал, что она приболела, но мне кажется, что эта мадама не так проста, как кажется. Опять, наверное, в мире людей загулялась и выдохлась окончательно.