Гебердур

Он злобный и страшный, он дланью одной, спокойно убьет человека. Но с давних времен, страстью одной, страдает черный калека. Принцессу похитил из замка давно и превратил в дракона, и лишь тот чье сердце не знает греха, под крышу вернет ее дома. И поцелует сразу в уста, избавив от тела дракона.

— Хорошие стишки, — Гебердур расхохотался пуще прежнего,- вот только слог хромает, да концовочка звучит коряво.

— Это древнее пророчество, и не тебе его критиковать, злобный колдун, — обиделся рыцарь.

— Хорошо, отойдем от литературной ценности пророчества, — Гебердур принялся расхаживать по пещере, обходя Дракона, который все еще находился в ступоре, — Тебе кстати, там удобно? Замечательно.

Так вот, предположим, что я действительно Злой Колдун. И у меня нет диплома Светлого мага, а даже если и есть, то я его подделал. Отбросим в сторону, что под описание пророчества подходит практически любая пещера и перейдем к суровым фактам. Сколько лет этим стихам?

— Они передавались нашим орденом из поколения в поколение, в течении трехсот лет.

И как только появился действительно достойный кандидат, его сразу же отправили в путь, — гордо произнес рыцарь и попытался принять соответствующую позу.

— Великолепно, — Гебердур довольно потер руки, — А ты знаешь, что заколдованные люди получают все специфические особенности конечного объекта? Я хочу сказать, что принцесса действительно может прожить в облике дракона триста лет, — рыцарь довольно кивнул, — вот только при обратном превращении, она состарится.

Нет, конечно же, не на триста лет, а на эквивалентное возрасту дракона число. Это где-то около пятидесяти. И даже если во время похищения принцессе было лет десять, то после того как ты ее расколдуешь, ей будет лет шестьдесят.

— Любовь, не знает времен! – твердо произнес рыцарь и не совсем логично добавил, — Ну, давай же колдун. Можешь убить меня, но на мое место придет другой!

— Какой самоотверженный фатализм, — Гебердур задумался, — А знаешь, я пожалуй отпущу тебя.

И даже позволю поцеловать Дракона.

Дракон дернулся и принялся знаками показывать, что еще одного поцелуя не вынесет.

— Только одно но, — добавил маг, когда освобожденный рыцарь стремительно бросился к дракону, — Ты ведь знаешь, что во время превращения, нельзя сменить пол?

Рыцарь согласно кивнул, но все равно продолжил путь к дракону, который в испуге зажался в самый дальний угол пещеры.

— Так вот, дракон, которого ты собираешься поцеловать – это мальчик.