Хренодерский переполох

По мере дум своих невеселых голова все больше мрачнел, и заметившие это парни благоразумно сделали несколько шагов в сторону, чтобы длинные руки Панаса их не достали, а то славился голова своим ударом. Бывалые люди говорили, что голова ударит, что горячий жеребец лягнет, а они зря болтать не станут.

Резко распахнулись крепкие ставни избы. Растрепанная ведьма, успевшая снять свой платок, высунулась в открытое окно по пояс. 

— Эй, голова! Хорошо, что не ушел. Подойди, что скажу. 

Голова скосил глаз в сторону парней и предупредил как можно грознее:

— Стоять здесь!

— А я еще никуда не ухожу, — ехидно фыркнула девушка.

— Не волнуйся, подожду.

— Да я это…того… не тебе, короче.

Панас глубоко вздохнул. Здоровенный мужчина, косая сажень в плечах, и то иногда робел перед серьезным взглядом молодой ведьмы. Но ничего не поделаешь, подойти пришлось. Только он сделал пару шагов, послышался дробный топот крепких ног — это парни дружно рванули в сторону Хренодерок, пока голова отвлекся. «Вот ведь стервецы!» — хмыкнул тот про себя.

— «Ничего, успею потом им разъяснить, как следует выполнять приказы старших». 

Светлолика слово сдержала: так и стояла себе, высунувшись из окна, когда голова подошел ближе. За спиной девушки задумчивая коза важно жевала кусок белой каемчатой скатерти. 

— Скажи мне, Панас, — молвила Лика, постукивая длинными пальцами по деревянному подоконнику, — когда ты мне котенка принесешь? Полгода уж завтраками кормишь, а ведь обедать уже пора.

Голова запустил руку в буйную шевелюру с такой силой, словно собрался выдернуть собственный скальп и щедро предложить его как замену животного.

Оно и правда, как объяснить несостоявшейся невесте, что темные хренодерские бабы упорно топят черных котят, лишь бы они не доставались ведьме для черных дел, и грозно обещают отходить коромыслом любого, кто попробует им помешать в этом благородном деле. Панас просил, умолял, угрожал, но дождался только под нос кукиша от разъяренных хозяек. Связываться с ними было себе дороже, но и перед ведьмой оправдаться как-нибудь надо. Проклянет ведь, как есть проклянет.

— Так ведь оно… того… — чувствуя себя нашкодившим подпаском, залепетал он, шаркая по пожухлой траве ногой. 

Глаза Светлолики стали еще внимательнее и такие добрые, что у мужчины противно засосало под ложечкой. Стараясь избегать этих серых с разгорающимися в них зелеными искорками глаз, Панас судорожно вздохнул и продолжил:

— Так ведь нет у нас котят.