Три в одном, или плохо быть властелином.

Правда, и это мне ничего не даст…

- Тин Бьорн, ты тупой дремучий варвар, в этой комнате три человека, и только одно чудо, которое очень хотят подарить тебе! Я исполню твоё сокровенное желание, просто скажи его наконец –то вслух!

Я обалдел. Чудо, желание, джинн…

- А что, лампу там, кувшин какой –то тереть не нужно?

-Ах, чёрт, совсем позабыл! – Стукнул себя хвостом по воображаемому лбу Джинн. – Вон волшебный платок, у Повелителя в кармашке. Любимый между прочим. Подойди, возьми, и хорошенько в него высморкайся!

Боги видят, это меня порадовало гораздо больше, чем кровь несчастной девчонки, сегодня уже спасшей мне два раза жизнь.

С гордо поднятой головой, головой свободного, а не какого – нибудь –там человека, я размашисто подошёл к чёрной фигуре, насмешливо посмотрел в нелепые возмущённые глаза «Кто ж его так раскрасил –то?». Нарочито медленно достал траурный шёлковый платок из нагрудного кармана, и наслаждаясь беспомощной покорностью врага, громко произнёс:

-А хочу я, справедливости! – И трубно последовал совету Джинна…

***

Разбитый, разворочанный город как никогда нуждался в решительном правителе.

А пока совет лордов в нетерпении засел в тесном неуютном зале (Властелин всегда считал, что подданных грех баловать комфортом), и мрачно ожидал того, кто как всегда внесёт веское слово. Они по опыту знали, что без него не стоит и начинать.

...И вот, из боковой арки эхом разнеслись тяжёлые, решительные шаги. Зал притих и вытянулся в струнку.

Вошедший был высок и статен, как скандинавский бог. На нём туго потрескивал дорогой светлый костюм, на шее кривовато болталось торжественное накрахмаленное жабо, а голову венчал пышный припудренный парик.

Не смотря на то, что Тин Бьорн был умыт и гладко выбрит, он моментально смог внушить аудитории тот необъяснимый священный ужас, который годами воспитывал в ней Тёмный Властелин. И всё же слабые попытки бунта были:

- Кто этот клоун? Юноша, что ты здесь забыл, это же зал Совета! Выйди немедленно, какое вопиющее безобразие.

. – Гомонила знать, не привыкшая действовать решительно.

Варвар спокойно подошел к столу – трибуне, наклонился, достал из потайного ящика заранее припасённый рогатый шлем (пришлось прятать тут, Джинн почему –то очень этот ход не одобрял), криво нахлобучил его поверх парика, и взял за рукоять прислонённый с внутренней стороны трибуны предмет, призванный нешуточно облегчить эти глупые переговоры.