Гончая сумрака. Переворот

Твою мать! Вот любит он из себя власного пластилина изображать!

— Ты умрешь, Сакура. Твой час пробил.

— И ты, Орочи. Ничто не вечно под луной, — прошептала девушка в ответ, внезапно угодив императору коленом в пах.

От неожиданности тот разжал пальцы, а стражница добровольно рухнула спиной во тьму, навстречу неизвестности...

Подорвалась с тяжелым дыханием.

«Са, ты здесь?» — мысленно позвала голограмму, стараясь отвлечься, ну, или на худой конец узнать, что это сейчас был за эпизод.

В ответ тишина.

Да почему она опять молчала?! Что за персонаж такой?! Нахмурилась. Никогда не любила, когда та пропадала надолго. Не по себе становилось. Затем начиналась какая-нибудь котовасия, наподобие ивента минувшего. Тяжело вздохнула, сосредоточившись на предстоящем.

Всего один танец. Как-нибудь справлюсь. Хотя танцевала не самым лучшим образом, напоминая слона в посудной лавке. С другой стороны это радовало. Если не зарежу, то хотя бы отдавлю неприятелю нижние конечности. Уже плюс к карме.

— Привет, Лунный братан, — с улыбкой прошел, как к себе домой, Странник.

Тяжело вздохнула, предсказуемо ожидая новые моральные пытки. Ибо просто так топ никогда не переступит порог пристанища розоволосой бестии.

— Чего тебе? — недовольно фыркнула.

— Давай, вставай. Время тест-драйва.

— Чё?!

— Танцевать будем учиться, чё. Ведь твоя грация, грация — пьяного боксера. Не попадет, но напугает точно.

Уныло закатила глаза. Странник тем временем извлек из кармана волшебный огонек, переливающийся всеми цветами радуги.

Щелкнул кончиками пальцев. Комнату заполнили приятные звуки классического вальса. Парень бессмертно протянул руку.

— Иди в пень, я не танцую. И не ты ли недавно говорил, даже не пытаться косить под типичную девушку?

— Орочи также скажешь? Простите, ваше высокозадие, дама вас шлет в незабываемые лесные дебри, ежиков ловить? — скептически посмотрел на меня пантера.

— А почему бы нет? Очень даже милое занятие для мирового злодея.

— Зайкина, — пристал как банный лист Стас.

— Ладно-ладно, встаю. Только помни: ты сам подписался на тест.

— Угу, — хмыкнул Беренгов, но героически дождался, пока вложу свою ладонь в его руку...

Материлась, постоянно сбиваясь. Плюс неуклюже наступала ему на ноги, либо врезалась при кружении. Не знаю, как топу удавалось сохранять лицо непроницаемым. На его месте давно бы плюнула. Он же терпеливо поправлял, направлял, указывал на ошибки.