Хорошо забытое старое

И тогда я решила: ну что ж, если у меня нет и не будет человеческой жизни, то пусть эти жабы хотя бы не думают, что у них она есть. — Голос старухи-жабы изменился, стал более жёстким и злым. — И с той поры я делаю всё для того, чтобы этот сброд удавился от зависти! А с мужем тебе, кстати, повезло, он хороший мальчик, так что притерпишься как-нибудь. Жаль тебя, конечно: с людьми у нас сама видишь как. С людьми у нас никак. Одни жабы. Может, хоть вам с ним повезёт?

Невысокий, но толстый и чрезвычайно надменный жаб, выступавший последним, решил осчастливить слушателей анекдотом, придуманным ещё при жизни предка земноводных.

Подавая каждую фразу как откровение, он так при этом надувался, что в конце концов не выдержал собственной важности и, издав странный чпокающий звук, распластался по пеньку тонким слоем. К нему быстро подскочили коллеги, скатали лопнувшего мэтра в рулончик и, вымученно улыбаясь, уволокли за кусты.

Из-за коряги доносились отзвуки смачных поцелуев и слышалась какая-то подозрительная возня.

У самой поверхности воды вяло дрались несколько малолеток. Ещё одна кучка подростков из соседнего болота пыталась сбивать языками с веток ивы осветительных светлячков; над водой быстро темнело. Губастая жаба-неудачница в съехавшем парике лежала между тарелок и бессмысленно пускала пузыри. Жаба-мать удовлетворённо сощурилась и хмыкнула: свадьба полностью удалась.

* * *

Принц превратился обратно в жабу к концу лета, Дюймовочка продержалась до октября. Превращение прошло как-то незаметно, тем более что у всех были другие, более важные заботы.

В январе на замёрзшем берегу сидела и смотрела в побелевшее небо худая серая жабка. Все остальные жабы впали в спячку, и она осталась одна. Голодать ей не приходилось, запасливая свекровь наготовила впрок целую кладовую еды, но в норке на обрыве было холодно и очень тоскливо, поэтому она часто вылезала наружу, чтобы побеседовать с воробьями и синичками. На осине у края леса сидела жирная ворона и не сводила с неё глаз.

Внезапно взгляд жабки наткнулся на веточку необычной формы, торчащую из снега. Ковырнув корку наста, маленькая отшельница обнаружила, что это не ветка, а чья-то скрюченная лапка. Она яростно заработала маленькими коготками, и вскоре из-под снега показалось закоченевшее тело ласточки. Жабка попыталась отогреть её своим телом, но снежинки не таяли под скользким холодным животом.

Бывшая принцесса скорчилась и замерла неподвижно.