Хорошо забытое старое

Мальчик непроизвольно поёжился и обнял себя за плечи.

Сзади раздался громкий стук, почти сразу же что-то хрупнуло. Кай оглянулся — и не поверил своим глазам: Снежная Королева, сама аккуратность, уронила драгоценную книгу на камни пола и в замешательстве наступила на изящно украшенные страницы. Ничего не замечая вокруг, она быстро двинулась к площадке, на которой стоял мальчик.

Огромная фигура Королевы склонилась над возвышением из опала, где под лучами полярного солнца, пронзающими хрустальный потолок, искрилось большое ледяное сердце.

Кай с удивлением отметил, что её красивые белые пальцы чуть заметно подрагивают. Хозяйка дворца присела, подняла собранную головоломку и медленно поднесла её к глазам. Сначала мальчику показалось, что Королева начала погружаться в прозрачную толщу пола, но нет — она всего лишь понемногу убывала в росте и через минуту уже сравнялась с Каем. Не отрывая глаз от небольшого куска льда в своих ладонях, она поднесла его к груди и с силой прижала к себе.

Поначалу ничего не произошло. А затем Кай увидел, как щёки Снежной Королевы порозовели, и она — впервые на его памяти — сделала глубокий вдох и медленно, недоверчиво выдохнула.

Потом она повернулась к мальчику и широко улыбнулась. Голубые глаза женщины, всегда пугавшие Кая своим отстранённым выражением, теперь глядели тепло и приветливо.

Только сейчас Кай понял, как он замёрз, и застучал зубами.

— А как же "вечность"? — спросил он невпопад, только чтобы не молчать.

— Вечность? Да пропади она пропадом, эта вечность! — весело фыркнула бывшая властительница зимы.

Подойдя к мальчику, она сняла с себя длинную песцовую накидку и накинула ему на плечи. — Слушай, ты верхом на оленях когда-нибудь ездил?

Не туды попали

Крепко зажав в кулаке украденное колечко Апреля, мачехина дочка тащилась по заснеженной тропинке, не поднимая головы. На этот раз погода была ясной и почти безветренной, лишь трескучий мороз доставлял множество неприятностей: забирался под тёплый лисий тулупчик, немилосердно щипал за нос и обжигал холёные щёки, заставлял поминутно протирать слипающиеся глаза.

Раздался негромкий треск, несколько сломанных прутиков беззвучно упали в снег и исчезли, оставив на пушистой поверхности еле заметные росчерки. Девушка подняла голову и обнаружила, что она стоит упёршись в толстый сук, а тропа, коварно изгибаясь, уходит в сторону. Идти в обход было лень, и мачехина дочка двинулась напролом через кусты.