Дурная кровь

Таблицы также сообщают о древней легенде, записанной со слов некоего Леле-Барда, придворного поэта Рейно – якобы, когда Рейно победил волшебниц и приказал распять их на крестах у ворот сожженного Цоса, старшая из Ясновидиц, умирая, прокляла Рейно и все его потомство и предсказала ужасный конец династии Больдвингов. Более ничего по существу сообщить вам не можем. Приятного вам дня!

- И что? – Бере перевел взгляд с замолчавшего Кристалла на Феса. – Ты нашел обрывок фразы на древневанагримском, зашифрованный профессором Бенедиктусом.

Возможно, изначально это был весь текст из таблиц. Но перевод-то уже есть, и сделан он Ванхартом.

- А вот чтобы уверенно об этом говорить, надо бы прочитать переводы Ванхарта, - авторитетно заявил грифон, раскладывая когтем на тарелке композицию из кусочков баранины. – Вдруг покойный Бенедиктус нашел нечто такое, чего там нет?

- И за этого он начал вести себя странно, заработал на нервной почве тяжелый сердечный приступ и запугал свою внучку так, что она обратилась ко мне за помощью?

- Да, много вопросов возникает.

А если так, надо искать на них ответы. Ты ведь, как я понял, хочешь помочь этой девочке?

Бере вздохнул. Фес мог не задавать этот вопрос – он прекрасно знал, каков будет ответ.

- Давай ужинать, - сказал он, взяв бутылку с вином и пробочник. – О шифрах и тайных текстах поговорим потом. На сытый желудок.

Глава 7

Глава седьмая

Отпевание профессора Бенедиктуса Григгена началось ровно в полдень, в университетском соборе Девяти Вечных, и к тому моменту, когда туда пришел Бере, собор был заполнен народом.

Проститься с Бенедиктусом пришли все, начиная от ректора Хилариуса Ротгевена и членов Ученого совета в расшитых золотом мантиях, до университетского садовника и дворников из кампуса. Поэтому пройти к алтарю, туда, где стоял гроб с телом Бенедиктуса, Бере не удалось. Потолкавшись в толпе, Бере нашел выход – поднявшись по лестнице, он оказался на церковных хорах, рядом с мальчиками-певчими. Отсюда он мог хорошо видеть и алтарь и профессора Бенедиктуса.

Тело профессора до подбородка было закрыто покрывалом с гербами университета. Худое, осунувшееся, будто вылепленное из воска лицо Бенедиктуса было спокойным, прядка тонких белых волос выбилась на лоб из-под косынки, которой покойному повязали голову. Анжелис, облаченная в траурное платье с вуалью, сидела у изголовья гроба, за ее спиной стоял Ван Затц в парадной одежде и несколько знакомых Бере преподавателей с факультета сверхъестествознания.