Ночь под Рождество

Когда, тихонько подвывая от свалившихся сегодня злоключений, Паша вернулся на балкон, там уже занимался пожар, пробуя на вкус и облизывая стоявшую на балконе рухлядь пока еще небольшими огоньками пламени. Кашляя и задыхаясь от въедливого дыма, он принялся из носика чайника заливать горевшие тряпье. Огонь вроде бы исчез, только дым пополам с паром еще продолжал нехотя утекать на улицу. Он достал прислоненный к стене балкона стул и устало сел на него, закрыв от напряжения последних минут глаза.

- Ненавидишь их? – участливо спросил чей-то голос рядом.

- Поубивал бы. – выдавил из себя яростно дыша Паша, не поднимая век.

- Точно?

- Полжизни бы отнял за такое шкодничество. Если бы не потушил, последнего тогда б лишился.

- Ну, это мы сейчас быстро организуем, праздник же, - весело пообещал голос.

Петр вспомнил, где он находится и недоуменно открыл глаза. Рядом с ним суетился непонятный мужик в черном балахоне и суетливо перетаскивал в центр балкона старые шины, сиротливо валявшиеся до сей поры в углу.

Он их давно собирался продать, но покупателя так пока и не нашел по причине сильной изношенности резины.

- Паша, с кем ты там разговариваешь? – крикнула жена из глубины квартиры.

- Да зашел тут на балкон один призрак, с ним и разговариваю. – автоматически ответил Паша, пытаясь разглядеть мужика. Но кроме плаща, закрывавшего всю фигуру, ничего не увидел. Мужик тем временем уже с шиной в руке стоял у перил, кого-то высматривая на улице.

- Мужик, ты кто?

- Как это кто? – удивился незнакомец, поворачиваясь лицом к Петру и тот внутренне содрогнулся.

В их дворе красавцы тоже отродясь не водились, все больше обычные мужики, часть из которых к тому же отмотавшая свои сроки на зоне, тоже не добавлявшей гордой осанки и породистости манер при общении. Но такое чучело он видел впервые. Нос крючком, бессмысленные, как у дохлой рыбы глаза, завершали же этот антагонизм красоты несколько здоровенных фурункулов на левой щеке, отчего даже, когда мужик по-видимому изображал улыбку, Паше показалось, что тот сейчас выбирает, задушить собеседника или просто выкинуть с балкона, отчего слегка отшатнулся к двери.

- Я твоя злоба, Паша, - продолжал мужик, продолжая наблюдать происходящее на улице.

- Так злоба вроде женщиной должна быть, - удивился тот.

- Внебрачный сын. – коротко объяснил мужик. – В данный момент помогаю мамочке решить твою проблему и уверен, что получится, с придыханием добавил он, метнув шину с невиданной силой.