Драконы, рыцари и принцессы

хотя как не бегать — такой красавец... кудрявый, голубоглазый... и на жалейке... эх, будь что будет!"

Она решительно поднялась, сорвала повязку и не поднимая головы начала отряхиваться от пыли.

— А мы-то думали, что ты у нас рохля, квашня недопечённая... — послышался рядом голос княжны.

Царевна на мгновение застыла, затем резким движением отбросила назад косу, вздёрнула подбородок и посмотрела княжне прямо в глаза. Та разглядывала толстушку с таким интересом, будто впервые видела.

— Ну давай, рассказывай! — наконец потребовала княжна.

— Как это у вас было?

Столпившиеся вокруг девушки подались вперёд. О единороге все словно забыли, хотя краем глаза царевна заметила, что задние принцессы стараются не приближаться к камину, у которого разместились гости.

— Ну, значит, так. — Девушка с гордостью поддёрнула грудь ладонями и обвела взглядом подруг. — Он был иностранный принц. Высокий такой блондин. С волнистыми чёрными волосами...

— Как же с чёрными, если блондин?.. — робко заикнулась рыжая королевна с оспинками на лице.

— Тихо! — тут же зашикали на неё со всех сторон. — Пусть рассказывает!

— Что-то он моими малявками не заинтересовался, — отметила драконица, наливая вина в кубок. — Они что, все уже не...

Повелитель гоблинов посмотрел на девичий кружок и рассеянно махнул рукой.

— Да нет, не думаю. Просто у моего малыша второй день насморк, очень сильный. Как раз к ветеринару веду.

Драконица и её принцессы, ч.9

Короб с принцессами плавно двигался то вверх, то вниз.

Длинные волосы девушек вздымались и опять опадали, словно знамёна на ветру, самые пугливые айкали и ухали, но глаза у всех светились неподдельным восторгом.

Закончив отжиматься, драконица отстегнула от спины ремни и осторожно высыпала принцесс из короба на коврик из высушенного мха. Некоторое время она терпеливо дожидалась, пока полненькая царевна перекинет ногу через бортик, затем подцепила её когтями за шиворот и опустила рядом с подругами.

Поставив короб в кладовую, хозяйка пещеры подошла к напольным весам, поставила на одну из чаш несколько каменных гирь и встала на вторую.

Та не сдвинулась с места. Драконица досадливо фыркнула и добавила к гирям ещё одну, размером поменьше. Упрямая чаша оставалась неподвижной. Драконица печально вздохнула и нехотя поставила на весы ещё одну гирю. Только теперь чаша с гирями лениво поползла вниз.

— М-да, — заметила драконица, с грустью обозревая туго натянутую кожу живота.