Увы, Милорд!

Барбора пересолила омлет и не уследила за пирогом, Самри молча и рассеянно перебирала салфетки, то и дело роняя их на пол, а Линздад вообще принималась рыдать через каждые пять – десять минут. Положение, по мнению Суна, усугублялось изменившейся Куделькой. Теперь уже Айшвараканти. Она сидела прямо, была неестественно бледна для её смуглой кожи, и тоже молчала, нервно кусая губы. Она почему-то во всём винила себя.

Сун же во всём винил Реми. А кто ещё сунулся в эту драконову бальную Залу? Нет, конечно, настояла на этом Самуэлин, но ведь Реми обещала лишь понюхать там на предмет магии! И придти помогать с банными и купальнями.

В одиночку Сун мало что там смог. Его раз тридцать окатило водопадами, фонтанами и гейзерами, причём совершенно разных температур (два раза пришлось идти за лечебным кристаллом – обварило кипятком, и один раз греться после ледяного гейзера), а ведь он кое-что мог с водой… и всё равно не справился! А всё из-за того, что эта девчонка вздумала в одиночку очистить Залу!

Сун злился и ничего не мог с собой поделать.

Он должен подружиться с Реми, но как? Он и смотреть-то без раздражения на неё не может! Но без хорошего отношения с ней не будет и благосклонности Кармелиты… А если он в ближайшее время заставит Кармелиту доверять ему… Время – вода… Уходит, убегает сквозь пальцы, и никак его не остановить, не заморозить… Интересно, сколько этого времени у него ещё осталось?

Пальцы внезапно обожгло.

Сун опустил взгляд в свою чашку с чаем и вскочил, с грохотом роняя табурет.

– Что такое? – всполошилась Самри.

– Ничего. Спасибо, наелся, – буркнул Сун. Попятился к двери и спиной вперёд вывалился в коридор. Руки он сжал в кулаки, чтобы никто не увидел, что подушечки пальцев покрыты инеем.

Дверь хлопнула, и все растерянно переглянулись. А Самри заглянула в чашку Суна и пожала плечами:

– Надо же так расстроиться, что чай остыл. Странный парень!

А странный парень бежал по коридору в свою комнату, в страхе думая, что будет дальше. Чай превратился в кусок льда. Значит, времени у него осталось совсем мало…

Самуэлин была в бешенстве.

С одной стороны в этом не было ничего особенного – в это состояние девушка приходила по десять раз в день, причём могла разбушеваться из-за какого-то пустяка. Дома пух и перья летели от слуг, и доставалось даже брату, стоически терпевшему все выходки и нападки сестры.

Но тут, в замке, и злость сорвать было не на ком!

С утра Самуэлин была просто раздражена. Она плохо спала из-за вчерашних событий.