Увы, Милорд!

– Но не настолько, чтобы полезть за тобой в Чёрную Карету? – Джеллиосу было забавно дразнить Кармелиту.

К его удивлению, златовласка никак не отреагировала на подначку, а молча спустилась со ступенек в погреб. Если б милорд знал, какие вихри бушевали в душе Кармелиты. И главным из этих вихрей был страх – ведь это кто ещё за кем полез! А если обман раскроется? Позору не оберёшься!

– Стой на месте! – взревел вдруг на весь погреб такой мощный бас, что Джеллиос едва не сковырнулся со ступеней, а Кармелита испуганно взвизгнула.

– Поднимайся обратно! – мужчина протянул девушке руку, но едва та повернулась в его сторону, как с потолка хлынул водопад!

Кармелита завизжала, приседая на корточки.

– Саламандров огонь! – выругался Джеллиос, перескакивая все ступни сразу.

Дойти до визжащей девушки ему не хватило буквально шага: огненная стена выросла из-под пола, отрезая его от жертвы потопа.

Снова выругавшись, Джеллиос отпрыгнул назад.

– Сказал же – стоять! – довольно проревел бас. – Хто такие? Чего надоть?

– Я Джеллиос, хозяин замка, – со ступеней отозвался едва не прожаренный до корочки замковладелец.

– А нас енто не касаемо, – хмыкнул бас. – Пить будешь?

– Спасибо, воздержусь, – отозвался мужчина, думая, как бы безопаснее вытащить Кармелиту.

– Ну, тады и шуруй отседова, – мрачно заявил бас, и вновь появившаяся огненная стена принялась неумолимо выдвигать милорда к дверям. А от дверей на улицу.

Несколько раз Джеллиос пытался преодолеть огненную преграду, но рукава рубашки предательски вспыхнули, и ругающийся хозяин замка был вынужден ретироваться.

– Не двигайся! – крикнул он сквозь гудящее пламя Кармелите. – Я позову Реми и мы тебя вытащим.

– Тащи отседа свой зад! – гаркнул бас, и до разозлённого мужчины донёсся многоголосый писклявый смех. Целый хор! Да сколько их там? И кого их?

Дверь погреба захлопнулась перед носом Джеллиоса, отрезав бушующую огненную стену, мокрую Кармелиту и издевательский смех неведомых существ.

Вода с волос стекала за шиворот, мокрые шорты неприятно липли к телу, а вокруг всё ещё сидящей на корточках девушки натекла порядочная лужа.

Кармелита едва заметно дрожала, хотя в погребе не было холодно. Она слышала ругавшийся с милордом голос и засмеявшиеся голоса, и мысль о том, что её рассматривают злобные магические сущности, не добавляла девушке оптимизма. Она осталась тут совершенно одна, без поддержки Реми, без защиты милорда. А впрочем, чем они могут ей помочь, всхлипнула Кармелита.