Увы, Милорд!

Реми видела, что новость неприятно поразила его. Понятное дело, кому ж приятно, что в твоём собственном доме пропала толпа незнакомого тебе народа! А того и гляди, они там до сих пор и шастают! Или вдруг уже не шастают? Реми представила многочисленные скелеты в кандалах, сидящие в подвалах замка, и отложила пирожок.

Похоже, милорда посетила сходная мысль – он отодвинул кружку и в упор уставился на Псаломея. Под тяжёлым взглядом фиолетовых глаз Псаломей занервничал, ссутулился и, кажется, тоже захотел куда-нибудь.

.. в подвалы. Хотя бы в свой, винный.

– Давайте-ка разберёмся, уважаемый, – мрачно проговорил Джеллиос. – С какой целью народ ходил в мой замок? Кто его туда приглашал? Или заманивал? А то и хуже – заставлял идти?

– Дак, – Псаломей прикрыл рот, откашлялся, присел на табурет к столу и рассказал следующее:

«Год назад пронеслась по селу весть: мол, в замке, том, что в горах, открылся колдовской лабиринт. Суть этого лабиринта – игра! Желающие могут прибыть в замок и этот самый лабиринт попробовать пройти.

Победителю присуждалась награда. Какое-то сильномагическое волшебство! Кроме самого главного приза, лабиринт был полон призов дополнительных, так сказать – утешительных ништяков. Да-да, именно так было написано на бумажках, в одну ночь разлетевшихся по Курелям. У Кривой Дилы даже в молоке бумажка нашлась. Уж и плевалась она тогда!

В общем, кто эти бумажки раскидал – неизвестно, а только дело своё они сделали: повалил народ в замок, лабиринт тот проходить.

В основном молодёжь кинулась, все дела побросав. Уж и запрещали им, и под замок сажали, и розг шибко сердитые родители давали, а всё одно – пёрли косяком, как форель на нерест! Да и многие в летах соблазнились. А ну как пройдут лабиринт?! Сильно награда хороша! Да только никто с того замка не вернулся».

– А бумажки ещё прилетали какое-то время, а потом перестали, – закончил рассказ Псаломей. – Последним сходил туда мой брат двоюродный, Ктор, так он сказал, закрыты ворота, ни щёлочки, ни просвета.

Больше в замок не попасть.

– Ворота? Лабиринт? – на милорда было смешно и грустно смотреть: он скрипел зубами, и на лице его играли желваки, а фиолетовые глаза метали молнии. Из булки, которую милорд имел неосторожность сильно сжать, малиновым языком вылезало варенье и стелилось по столу.

– Я, уважаемый Псаломей, в замок прибыл не так давно. Ни закрытых ворот со стороны гор, ни лабиринта я пока не увидел.