Дом Ведьмы. Большая уборка

Сын почтенного кроличьего семейства, выучился на анимага, но так и не занялся никаким полезным делом. Проматывает отцовское состояние и никак не думает остепениться. А как маг подавал большие надежды.

— Кроличьего? — повторила я задумчиво. — То есть анимаг — это?...

— Это как если бы я выучился обращаться в человека, миледи, — пояснил крыс более доходчиво, — такое возможно, но такие граждане Велора становятся зависимее от лунных циклов и все равно носят на себе особые приметы, позволяющие опознавать их как анимагов.

— Вроде кроличьих ушей? — уточнила я на всякий случай и получила утвердительный кивок крыса.

Интересно, а тот кролик, которого я видела в ресторане Джулиана ди Венцера, — он тоже анимаг или нет?

Хотя, если честно, куда более интересно, почему уже второй велорец в лоб именует меня ведьмой.

Или тут по умолчанию: что ни попаданка, то ведьма?

Тогда где мои супер-пупер-волшебные силы шляются, спрашивается?

Очень бы не отказалась переносить мусор силой мысли!

Первым делом я взялась за заваленную раковину.

В ней было много посуды, вся она была грязная, и увы, никто не спешил мне на помощь с Фэйри и резиновыми перчатками.

Но мыть все было не обязательно. Нужно было для начала разобрать, что можно оставить, а что нет. Может, там и мыть-то нечего?

— Триш, а все хозяйки этого дома были ведьмами? — осведомилась я, двумя пальцами подцепляя за ручку первую чашку, что лежала на самом верху посудной кучи.

Так, сколотый край. Где тут ведро для мусора, что я только что выудила из-под стола?

— Разумеется, госпожа Марьяна, — откликнулся крыс, которому я поручила вытащить все из кухонного шкафа, и чихнул, подняв облачко пыли. — Хозяином волшебного дома не может быть простой человек без магического таланта.

Та-а-ак, отлично.

То есть, теоретически, магические способности у меня есть. Только спят где-то в самом уголочке моего подсознания, прикрывшись лопушком и прикинувшись ветошью.

Я придирчиво сощурилась в сторону грязной тарелки.

Она категорически отказалась как становиться чистой, так и воспарить над землей, аки перышко. За что поплатилась и полетела в мусорное ведро к тоскующей в одиночестве щербатой чашке.